ПОИСКОВЫЙ ИНТЕРНЕТ-ПОРТАЛ <<НАУЧНО-ПОПУЛЯРНОЕ, ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ И УЧЕБНОЕ КИНО>>

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Откуда берутся кризисы...

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Интересный диалог позволяющие неколько углубить восприятие проблемматики состоялся между М.Калашниковым и А.Фурсовым в 2006 году:
Много где опубликован в инете. Называется "Рукотворный кризис."
Прочитать можно например здесь.

+1

2

РУКОТВОРНЫЙ КРИЗИС. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ[1]

Современная финансовая олигархия пошла по пути средневековых феодалов

СОЦИАЛЬНЫЙ КРИЗИС В ТРЕТЬЕЙ СТЕПЕНИ: ТАКОГО ЕЩЕ НЕ БЫЛО

Для начала оглянемся в прошлое. А. Фурсов выделяет три тяжелых системных кризиса, глубоко потрясших человечество: кризис «длинного» шестнадцатого века, крушение Западной Римской империи (гибель античного мира) и кризис верхнего палеолита (древнекаменного века). Каждый из них представляет свой тип кризиса.

Давайте начнем с ближайшего нам по времени - так называемого кризиса «длинного» шестнадцатого века (1453-1648 гг.) - с периода между падением Константинополя под ударами турок-османов и Вестфальским миром, завершившим Тридцатилетнюю войну. В ходе его произошел генезис капитализма.

Что произошло накануне этого кризиса? В середине четырнадцатого века по Европе пронеслась эпидемия чумы, выкосившая 20 миллионов душ из ее 60-миллионного населения. В результате «сделочная» позиция крестьянина по отношению к феодалу резко усилилась. Ведь теперь рабочих рук не хватало и власть помещика-сеньора ослабла. В течение тридцати-сорока лет сеньоры пытались силовым способом вернуть прежнее положение вещей, снова приводя «подлую чернь» к покорности. В ответ одно за другими вспыхнули восстания низов - настоящая европейская антифеодальная революция. В 1378-1382 годах прокатываются бунты «белых колпаков» во Франции, Уота Тайлера в Англии и чомпи - во Флоренции. Она надломила хребет феодализма. И после у сеньоров осталась лишь одна стратегия: сохранить свои привилегии и не оказаться ни в кулацком, ни в бюргерском «раю». Мы не можем остановить перемены? Так возглавим их и останемся при власти и богатствах! И не случайно в пятнадцатом веке появляются новые, сильные монархии и централизованно-бюрократические государства привычного нам типа. С этим процессом совпали открытие Америки, возникновение нового мирового разделения труда и революция в военном деле шестнадцатого века.

В итоге к 1648 году класс феодалов избежал уничтожения, сумев сохранить власть и привилегии. Кто-то превратился в представителей королевского двора, как во Франции. Кто-то смешался с богатыми крестьянами, как джентри в Англии. Как показывают исследования, 90% феодальных семей, которые были у власти в 1453 году, сохранили ее и в 1648-м. Однако, борясь за сохранение своих привилегий, феодалы породили капитализм. Как некий «побочный продукт». Правда, далось все это ценой невероятных крови, насилия и страданий: мы видим раскол католической церкви, отпочкование протестантизма, ожесточенные религиозно-гражданские войны в Германии, Франции и Голландии, свирепствующую инквизицию и сотни тысяч заживо сожженных. Тридцатилетнюю войну, уничтожившую четверть населения тогдашней Германии. И еще миллионы погибших от голода, холода, болезней и нищеты - спутников войн и общественных конфликтов.

Вот первый тип тяжелого кризиса перехода между эпохами - кризис, вызванный борьбой верхов за сохранение своей власти в новой эре. Некая операция «Прогресс», управляемая революция. И сей кризис был связан с внутренним развитием Европы.

Второй тип кризиса проявился в эпоху поздней античности, во времена падения Западной Римской империи (погибла в 476 г. нашей эры). Здесь мы видим внутренний кризис великой империи (падение эффективности рабовладельческой экономики, демографические проблемы, деградация правящей элиты), к коему добавилось Великое переселение народов: волны варварских племен, накатывающих на Рим с севера и востока. Если феодалам удалось сохранить власть и войти в новую эру, то позднеантичным господствующим группам не удалось. Прежняя элита исчезла. Особенно примечателен кризис перехода между рабовладельческой античностью и феодальным средневековьем тем, что огромная масса варваров была фактически «выкормлена» римлянами на границах - для них были созданы удивительно благоприятные в демографическом плане условия! Ведь что получалось? Племена германцев селились в порубежье с разрешения Рима (таким образом он избегал войн с ними), получали статус «федератов» (союзников) - и пользовались плодами имперской культуры, переходя к более производительному сельскому хозяйству. И бурно размножались. За несколько веков такой политики варвары усилились и обрушились на Рим, уничтожив высокоразвитую культуру и на много веков погрузив нынешнюю Европу во тьму невежества и раздробленности.

Таков второй тип кризиса, где внутреннее ослабление цивилизации сочетается c нашествием «внешнего пролетариата», по терминологии А.Тойнби, - волной переселения извне менее развитых, но бурно плодящихся воинственных народов.

Но самым тяжелым, страшным и долгим из известных нам кризисов человечества выступает кризис верхнего палеолита - древнекаменного века. Он начался примерно за 25 тысяч лет до нашей эры и закончился за 10-8 тысяч лет до Рождества Христова неолитической революцией: переходом от охоты и собирательства к скотоводству и земледелию. Эта революция стала выходом из кризисной ситуации. В чем ее суть? Род «человек разумный» вел присваивающее хозяйство: охотился на животных, собирал плоды и коренья. Люди настолько размножились, что попросту истребили дичь и объели огромные пространства планеты. Кормиться стало нечем. А тут еще настал ледниковый период. И 25 тысяч лет назад рухнула система, базировавшаяся на высокоспециализированной охоте. Пришла социальная деградация. Примитивизировалось искусство. Население уменьшилось почти на 75-85%. И чтобы выжить, людям пришлось переходить к производящему хозяйству, одомашнивая животных и растения, изобретая ремесла.

Вот третий тип кризиса: гибель экономики старого типа, сопряженная с климатическими и экологическими катаклизмами.

- На какой из кризисов, о которых шла речь, похож тот, чьи контуры уже различимы? Который уже надвигается на современное человечество? - рассуждает А. Фурсов. - Мой ответ, к сожалению, не самый веселый: грядущий глобальный кризис несет в себе характеристики всех трех кризисов, но в одном пакете - «кризис-матрешка». Или «кризис-домино», если угодно. Только грядет этот кризис в условиях позднекапиталистической системы, которая охватила весь мир. То есть стала глобальной. Он наступает в условиях перенаселенности планеты, с огромной нагрузкой на экологию и близящимся дефицитом сырья, воды. Сюда нужно добавить чудовищную социально-экономическую поляризацию современного мира, невиданные запасы оружия массового уничтожения.

- Действительно. Впервые в истории кризис типа палеолитического разражается на перенаселенной планете, напичканной всеми видами оружия. Ну не было в каменном веке ни пулеметов, ни атомных бомб, ни отравляющих веществ... Не было опасных АЭС или химических производств, плотин и водохранилищ - всего, что, разрушаясь, может стать оружием массового поражения.

- Если кризис пойдет по количественной переформулировке закона Мерфи («все плохое происходит одновременно»), а ситуация характеризуется третьим положением теоремы Гинзберга («даже выход из игры невозможен»), то кризис XXI века будет намного круче верхнепалеолитического. И если после него что-то возникнет, то это что-то скорее всего будет отличаться от сегодняшней нашей цивилизации так же сильно, как эта цивилизация отличается от палеолита.

Разумеется, не надо себя пугать (тем более, что пугаться поздно). Но кто предупрежден, тот вооружен...

НАТИСК КОСМОКРАТИИ ПОСЛЕ ГИБЕЛИ СССР

- Первые признаки нового надвигающегося кризиса, - продолжает А.Фурсов, - умным наблюдателям из западного истеблишмента были видны уже на рубеже 1960-1970-х годов. Действительно, к середине 1970-х годов окончилось беспрецедентное тридцатилетие в истории капитализма, материальные достижения которого по многим показателям превышают таковые полуторавекового периода 1800-1950 годов. В это тридцатилетие казалось, что кризис («Тридцатилетняя война» XX века - 1914-1945 гг.) преодолен и мир надолго возвращается в «золотой век» капитализма а la эпоха 1815-1914 годов. Однако в истории ничто, в том числе «золотые века», не возвращается. Славное тридцатилетие после Второй мировой оказалось всего лишь короткой вспышкой накануне кризиса, короткой передышкой внутри начавшегося в 1914 г. системного кризиса капитализма, его сладким «бабьим летом», исчерпавшим себя к середине 1970-х годов. С тех пор кризис развивается по нарастающей.

Однажды отец-основатель мир-системного анализа И. Валлерстайн заметил, что истинной причиной упадка исторических систем является падение духа тех, кто охраняет существующий строй. Сам упадок начинается тогда, когда разворачивается борьба за то, кто возглавит грядущие изменения, развернув их в свою пользу.

Феодальные сеньоры в XV веке успешно справились с этой задачей. Очевидно, мировой истеблишмент, мировая буржуазия второй половины XX века последует их примеру. Только если «сеньоры-помидоры» действовали исходя из социальных инстинктов и интуиции, то буржуины, обладая теми же инстинктами (хищник есть хищник), помимо этого имеют в своем распоряжении «фабрики мысли» и используют научные формы рефлексии (которые, впрочем, нередко вступают в противоречие с классовым интересом и сознанием).

Важная веха в осознании «железной пятой» приближения кризиса - 1975 год. Тогда на Западе появился доклад «Кризис демократии», написанный по заказу «Трехсторонней комиссии» С. Хантингтоном, М. Крозье и Дз. Ватануки. В докладе четко фиксируются угрозы положению правящего слоя - прежде всего то, что против него начинают работать демократия и welfare state (государство всеобщего социального обеспечения), оформившиеся в послевоенный период. Под кризисом демократии имелся в виду не кризис демократии вообще, а такое развитие демократии, которое невыгодно верхушке.

В докладе утверждалось, что развитие демократии на Западе ведет к уменьшению власти правительств, что различные группы, пользуясь демократией, начали борьбу за такие права и привилегии, на которые ранее никогда не претендовали, и эти «эксцессы демократии» являются вызовом существующей системе правления. Угроза демократическому правлению в США носит не внешний характер, писали авторы, ее источник - «внутренняя динамика самой демократии в высокообразованном, мобильном обществе, характеризующемся высокой степенью (политического. - А.Ф.) участия». Вывод: необходимо способствовать невовлеченности (noninvolvement) масс в политику, развитию определенной апатии. Надо, мол, умерить демократию, исходя из того, что она - лишь способ организации власти, причем вовсе не универсальный: «Во многих случаях необходимость в экспертном знании, превосходстве в положении и ранге (seniority), опыте и особых способностях могут перевешивать притязания демократии как способа конституирования власти».

Однако ослабление демократии в интересах западной верхушки было нелегкой социальной и политической задачей. Кто был становым хребтом западной демократии, которую надо было умерить? Средний класс - главный получатель выгод «славного тридцатилетия». Перераспределение общественного продукта с помощью налоговой системы welfare state привело к тому, что значительная часть среднего и часть рабочего класса, не имея буржуазных источников дохода, смогла вести буржуазный образ жизни. После Второй мировой народилась эдакая «социалистическая буржуазия». Неслучайно послевоенный триумф средних классов в ядре капсистемы совпал с триумфом государства всеобщего собеса.

Разумеется, буржуазия включила перераспределительный механизм не по доброте душевной. Welfare state - это явное отклонение от логики развития и природы капитализма, которое лишь в малой степени может быть объяснено заботой о создании спроса и потребителей массовой продукции. Главное в другом - в наличии системного антикапитализма (исторического коммунизма) в виде СССР. В ходе «холодной войны», глобального противостояния с СССР, в схватке двух глобальных проектов буржуины вынуждены были откупаться от средних и рабочих классов, замирять их (налоги на капитал, высокие зарплаты, пенсии, пособия и т.п.). Таким образом, само существование СССР, антикапиталистической системы, заставляло капсистему в самом ее ядре нарушать классовую, капиталистическую логику, рядиться в квазисоциалистические одежды. Мало того, что экономическое и социальное положение среднего и части рабочего классов упрочилось, эти группы и политически усилили свое положение в западной системе, напугав ее хозяев до «кризиса демократии».

- Почему? Что конкретно угрожало их власти и привилегиям?

- Мощные левые партии. В одних странах - социалистические, в других - коммунистические. Влиятельные профсоюзы. Все эти силы оказывали давление на буржуазию и истеблишмент, требуя дальнейших уступок. На рубеже 1960-1970-х годов буржуазия ядра капсистемы оказалась в положении аналогичном тому, в которое попали западноевропейские сеньоры на рубеже XIV-XV веков: сохранение тенденций развития вело и тех и других к постепенной утрате привилегий - в одном случае в «кулацко-бюргерском раю», в другом - в политико-экономическом раю «социалистической буржуазии».

Чтобы разрешить «кризис демократии» в интересах «железной пяты» и повернуть вспять тенденцию осереднячивания западного общества, нужно было решить несколько проблем. Политически и экономически ослабить демократические институты было невозможно без частичного демонтажа welfare state. А как его демонтируешь, если в мире есть СССР, который объективно выступал гарантом сытой и обеспеченной жизни западного «мидла»? Отсюда - с начала 1980-х годов курс на обострение и ужесточение «холодной войны» с СССР и одновременно социальное наступление на средний и рабочий классы ядра. Впрочем, в 1980-е годы это наступление все же тормозилось фактом существования соцсистемы и возможностью грабить «третий мир», прежде всего средние классы его наиболее развитых стран. Так, в 1980-е годы с помощью «структурных реформ» МВФ был, по сути, уничтожен средний класс Латинской Америки. В это же время сильный удар получили средние классы ряда африканских стран, а состояние этих классов, естественно, перекачивалось на Запад. Можно сказать, судьба латиноамериканских средних классов - это «воспоминание о будущем» среднего класса ядра капсистемы.

- Таким образом, кризис изначально был вполне рукотоворным? То есть, капиталистическая элита сознательно ввергла мир в перемены так же, как когда-то - феодальная аристократия в пятнадцатом-шестнадцатом веках?

- Да, в значительной степени так, только на новом техническом уровне и с использованием науки, прежде всего обществоведческой.

- Интересно сопоставить наши наблюдения. Программа уничтожения среднего класса и деиндустриализации Запада запускается в конце 1970-х на «пробной модели» - Нью-Йорке. Его спасает от банкротства финансовая группа во главе с банкиром Феликсом Рогатиным (Felix Rohatin). Город освобождается от промышленности и превращается в рай для богатых. Движущей силой спровоцированного кризиса становится финансовый капитал. А затем, когда СССР погибал, в 1989 году ведущие страны Запада приняли Вашингтонский консенсус, твердую линию на ультралиберализм и глобализацию - мощные средства уничтожения среднего класса и welfare state, государства всеобщего благосостояния...

- Да, с падением Союза в жизни среднего класса Запада наступает черная полоса. А вот средние классы бывшей социалистической системы уже стерли «ластиком Истории»: в 1989 году в Восточной Европе (включая европейскую часть СССР) за чертой бедности жило 14 миллионов человек, а в 1996 году - спасибо Горбачеву и Ельцину - уже 169 миллионов! Изъятые средства либо прямо ушли на Запад, либо со временем были размещены в западных банках - фантастическая геоэкономическая операция, глобальная экспроприация. Теперь наступает очередь «мидлов» на Западе. Недаром там уже появилась социологическая теория «20:80». Согласно ей в современном западном обществе меняется социальная структура: 20% - богатые, 80% - бедные, и никакого среднего класса - он размывается, тает вместе с нацией-государством, частной формой которого является welfare state.

Дело в том, что в условиях глобализации нация-государство слабеет, оно не может противостоять хозяевам глобальной финансовой системы. Уже на заре глобализации, в начале 1990-х объем чисто спекулятивных межвалютных финансовых трансакций достиг 1 трлн 300 млрд долларов в день - в 5 раз больше, чем объем мировых торговых обменов и почти столько же, сколько составляли на тот момент резервы всех национальных банков мира (1 трлн 500 млн долл.). Какое государство сможет выдержать пресс давления глобального финансового Франкенштейна? Государство утрачивает многие социальные и политические характеристики, превращаясь в административно-рыночную структуру. Глобализация оказалась мощным социально-экономическим оружием верхов мировой системы против середины и низов: она экономически подрывает те самые демократические политические (а, следовательно, и перераспределительные) институты, которые были гарантией положения среднего класса. У среднего и рабочего классов экономически выбивается щит, который защищал их от «железной пяты».

При этом очень важно, что хозяева глобального мира - французский исследователь Дени Дюкло называет их «гипербуржуазией» и «космократией» - оперируют на глобальном уровне, а средний и рабочий класс - на национальном, государственном, что ставит их в неравное положение. Так же, как в XVI веке новое международное разделение труда и серебро Америки переместило часть сеньоров и купцов на мировой уровень, а крестьяне остались на локальном и попали в социальный и исторический офсайд. Гипербуржуазия существует безнаказанно, пожирая в условиях глобализации капитал низших групп буржуазии и доходы среднего класса. С 1980-х годов развернулось наступление верхов на середину и низы, завершив двухсотлетний цикл наступления работяг и «середняков». Показательно, что XX век начинался книгой Ортеги-и-Гассета «Восстание масс» (1929 г.), а закончился книгой К. Лэша «Восстание элит» (1996 г.). В этом плане то, что происходило в России в 1905-1917 годах и с 1987 года хорошо вписывается в общемировые тенденции. Так, горбачевщина и особенно ельцинщина - это наши аналоги тэтчеризма и рейганомики. Я уже не говорю о том, как глобализация усиливает сделочную позицию буржуазии по отношению к рабочему классу. Теперь в ответ на забастовки в Европе и США целые отрасли можно перебрасывать в Южную Корею, Китай, Таиланд. По сути, рабочий класс в ядре капиталистической системы, как и массовый средний класс, теперь не нужны.

+1

3

«ТРУЩОБЫ» ПОРОЖДАЮТ «ВАРВАРОВ»

- Итак, глобальный кризис наших дней начинался так же, как региональный кризис позднего средневековья, как управляемый процесс в интересах старой правящей элиты. Капиталистический истеблишмент, стремясь сохранить власть и привилегии, сознательно взял курс на экономическое уничтожение среднего класса. Новая политика получила названия «ультралиберализм» и «глобализация». Они сорвали мир в спираль больших потрясений. Однако глобальный кризис явно вышел за отведенные ему рамки и стал неуправляемым...

- Да, начали, не продумав до конца такой фактор, как масштабы современного мира. Кризис позднего феодализма оказался управляемым, потому что в главном не вышел за европейские рамки. Кризис позднего капитализма - иной. Капитализм - мировая система, каждый раз преодолевавшая свои структурные кризисы за счет внешней экспансии - путем выноса проблем вовне и превращения европейской мир-системы сначала в мировую, а в конце XX века - в глобальную. Капитализм невозможен без периферии (низкооплачиваемая рабочая сила, сырье, рынки сбыта), население которой стремительно растет. Капитализм на своей периферии «выращивает» «внешний пролетариат» и полупролетариат так же, как античность «выращивала» варваров, свой «внешний пролетариат», если пользоваться терминологией А. Тойнби.

«Демографический взрыв» XX века - результат экспансии капитала. Однако сегодня включить разросшееся население в производственные процессы капитал не может. Результат - огромное количество лишних людей. А поскольку деревня Юга сама себя прокормить не в силах, являя аграрное посткрестьянское общество, быстро растущее население сбивается в города, прежде всего самого Юга и мигрирует в города Севера (города поглотили 2/3 «продукции глобального демографического взрыва» после 1950 г.). В результате помимо сегмента-аналога позднефеодального кризиса в нынешнем глобальном кризисе появляется и сегмент-аналог позднеантичного. Так сказать, «вторая матрешка».

Согласно ооновскому докладу 2003 г. «Вызов трущоб», из 6 миллиардов нынешнего населения планеты 1 миллиард - это так называемые slum people, то есть трущобные люди. Те, кто живет в убогих лачугах, землянках, пустых ящиках и т.п. Один миллиард - это мировое население той поры, когда Энгельс изучал положение рабочего класса в Манчестере. «Трущобный миллиард» - примерно треть мирового городского населения и почти 80% городского населения наименее развитых стран. Трущобные люди ничего не производят и почти ничего не потребляют. "Slumland" раскинулся от предгорий Анд и берегов Амазонки до предгорий Гималаев и устья Меконга. Это люди, вообще исключенные из жизни, так сказать, помноженные на ноль. Кстати, глобализация - это и есть прежде всего исключение всего лишнего, «нерентабельного» населения из «точек роста». Глобализация социально - не единая планета. Это две сотни связанных только между собой точек, сеть, наброшенная на остальной мир, в которой он беспомощно барахтается, ожидая последнего удара.

К 2020 г. численность трущобников составит 2 миллиарда при прогнозируемых 8 миллиардах населения планеты. Экологически (да и психологически) трущобы не выдержат такой пресс, и мировые «лишние люди» рванут за пределы трущоб, «заливая» города, причем не только на Юге, но и на Севере. По прогнозам демографов, к 2025 г. от 30% до 50% населения крупнейших городов Севера будут выходцами с Юга. Чтобы увидеть это будущее, достаточно взглянуть на Нью-Йорк, Лос-Анджелес с трущобами в центре (!) города, Париж и, конечно же, Марсель, арабская половина которого, по сути, не управляется французскими властями. Афро-арабский и турецкий сегменты в Европе живут своей жизнью. Они не принимают общество, в которое мигрировали, не принимают его ценности. Причем не принимают активно. Так, по арабским и турецким каналам кабельного телевидения в Европе «на ура» идут антиамериканские и антиизраильские фильмы. Это свидетельствует только об одном - зреют «гроздья гнева» в старой и относительно тихой Европе. А ведь кроме выходцев с Юга в Европе теперь есть - спасибо США - мощный албанский сегмент, мусульманский и криминальный одновременно.

Половина «трущобных людей» - лица моложе 20 лет. А согласно теории (точнее, эмпирической регулярности) Голдстоуна, проверенной на немецкой Реформации XVI века, Великой французской революции XVIII века и русской революции XX века, как только доля молодежи (15-25 лет) в популяции превышает 20%, происходит революция. Когда молодежи слишком много, общество не успевает социализировать и интегрировать ее. А ведь помимо slum people, которые живут ниже «социального плинтуса», есть и те, кто живет чуток выше - не на один доллар в день, а на два.

Когда-то Мао Цзэдун выдвинул доктрину «Мировая деревня окружает мировой город», где сконцентрированы эксплуататоры. Сегодня, напротив, в мегаполисах и мегасити сконцентрированы эксплуатируемые и те, кого даже не берут в эксплуатацию, - «избыточное человечество». А верхушка, будь то Лондон, Нью-Дели или Сан-Паулу, переезжает в укрепленные загородные виллы, как это делала римская знать в конце империи, бросая Рим, форум которого зарос травой, где гужевались свиньи. Переезд сытых пожилых изнеженных римлян в охраняемые виллы не помог - варварская волна и восставшие собственные варваризированные низы смели их. Ныне, похоже, мы находимся на пороге (а отчасти уже в начале) нового Великого переселения народов. И как бы североамериканцы и европейцы ни пытались регулировать процесс миграции, у них ничего не получится - нужда и беда выталкивает афро-азиатские и латиноамериканские массы в мир сытых и глупых белых людей. К тому же без притока бедноты с Юга экономика ядра, прежде всего третичный сектор не сможет функционировать - европейцы и американцы обленились и никогда не станут выполнять ту работу, за которую уцепятся выходцы с Юга.

В результате на самом Севере мы имеем противостояние: богатые, белые, христиане, пожилые - против бедных, небелых, в основном мусульман, молодых. Четыре противоречия в одном - это социальный динамит. Недавние расовые бунты во Франции - это так, цветочки, «проба пера».

- Что же получается? Западная финансовая аристократия уподобилась советской партийной номенклатуре? Та ведь тоже хотела возглавить перемены, дабы сохранить власть и привилегии, начала перестройку - и потеряла управление над неконтролируемо разросшимся кризисом. Ни дать ни взять - социальная версия Чернобыля. Финансовая элита Запада тоже пустила реактор истории вразнос. Страны уже бывшего «золотого миллиарда» опасно раскалываются изнутри, идет обнищание среднего класса, вспыхивают социальные конфликты - и тут же на это накладывается демографический натиск «неоварваров», грозящий самому существованию Запада.

- Это так. Выигрывая в краткосрочном и отчасти среднесрочном плане от ослабления и устранения среднего класса, финансовые олигархии в долгосрочном плане закладывают динамит под самих себя. Кстати, похожая ситуация складывается в РФ, где поощрение миграции объективно усложняет жизнь среднего класса и также закладывает социальный динамит. За все придется платить.

Серьезные люди в той же Европе уже давно бьют тревогу. Так, в 1991 году в Париже вышла книга Ж.-К. Рюфэна «Империя и новые варвары: разрыв Север-Юг». Автор попытался наметить стратегии империи в противостоянии неоварварам и ничего лучше, кроме «limes»'а (границы) времен римского императора Марка Аврелия так и не нашел. Лимес, как мы знаем, не спас Рим. Всего лишь через несколько десятилетий после смерти Аврелия разразился кризис III века, после которого Рим перестал быть самим собой.

- Пожалуй, можно добавить и другие факторы. Спровоцировав кризис, финансовый истеблишмент словно открыл врата ада. Наружу вырвались многие демоны. Например, кризис старой индустриальной модели развития. Мир оказывается на пороге болезненного перехода на технологии следующей эпохи, которые приведут к закрытию целых отраслей нынешней промышленности за их ненадобностью, к потере работы и места в жизни миллионами обитателей развитых стран. Многие мыслители говорят об опасной точке «технологической сингулярности», указывая на развитие нанотехнологий, биотеха, генной инженерии. Сегодня в США и Европе лишними оказываются не только рабочие, но и «белые воротнички» - менеджеры среднего звена, рядовые финансисты. При том что глобализация дробит некогда богатые страны на какую-то мозаику: в них теперь есть острова процветающих «глобалов», остатки умирающего индустриализма и зоны дикой нищеты, третий мир в недрах первого.

Приплюсуем сюда грядущий кризис мировой валютно-финансовой системы, грозящий глобальной депрессией почище 1929 года. Кризис энергетический: потребление электричества и тепла растет быстрее, чем мощности по их производству. Кризис управленческий: прежние структуры власти, институты парламентаризма и демократии, унаследованные от индустриальной эпохи, слишком медлительны и неадекватны в современном мире бешеных перемен и нарастающей сложности. Наконец, падение качества образования и оглупление граждан некогда развитых стран приводит к тому, что белые теряют научно-техническое лидерство, не могут грамотно эксплуатировать сложные технические системы. Отсюда - болезненная смена лидеров развития и нарастающий вал техногенных катастроф...

- Кризис образования - важная составляющая любого общего кризиса, это было характерно для кризиса и поздней античности, и позднего феодализма. Но сейчас масштабы фантастичны, поскольку капитализм строился как цивилизация науки и образования, а чем выше забираешься, тем больнее падать. То, что сегодня происходит с наукой и особенно с образованием, как в мире в целом, так и у нас, - это катастрофа. Неадекватность систем образования и науки современному миру, обращенность во вчерашний день, деинтеллектуализация образования, а следовательно, социальной жизни в целом - все это создает общество, в котором и верхи, и низы не способны не только справиться с проблемами эпохи, но даже увидеть их.

Да, оболваненным населением легче управлять, но по закону обратной связи это возвращается бумерангом к верхушке и их детям. Посмотрите на большинство современных политических лидеров в мире и сравните их даже не с началом XX века, а хотя бы с серединой. Можно сказать, что сегодня в глобальном масштабе мы имеем неадекватность человеческого материала текущему моменту истории. Решения с глобальными последствиями принимают люди провинциального, а то и просто местечкового уровня. И это еще один показатель кризиса - рыба гниет с головы. Ацефалы-«безголовые» с кризисом не справятся. Более того, стремясь избежать его, еще более приблизят, как это сделали, например, неадекватный Николай II и еще менее адекватный Горбачев.

КРИЗИС-«МАТРЕШКА»

- Получается какой-то кошмарный коктейль: многомерный кризис, причем один кризис вложен в другой и они вместе - в третий!

- Вы удачно упомянули третий кризис, потому что если «позднефеодальный» аналог-сегмент нынешнего кризиса влечет за собой «позднеантичный» и вложен в него как в большую матрешку, сам «позднеантичный» вложен в сегмент-аналог «верхнепалеолитического», и вот это уже совсем невесело: даже если бы теоретически удалось решить проблемы первого сегмента и второго, мы все равно наталкиваемся на третий. Как говорил толкиеновский Гэндальф, повторяя слова одного из героев «Макбета», "Если мы проиграем, мы погибли; если добъемся успеха, то придется решать следующую задачу". Но это в теории. В реальности каждый из «матрешечных» кризисов возможно решить только на следующем уровне, а следовательно - только в целом. И эта целостность упирается в реальность под названием «капитализм».

В отличие от региональных систем античности и феодализма, капитализм - мировая система, а потому его кризис автоматически является кризисом планеты в целом, причем не только социосферы, но и биосферы. Капитализм, продемонстрировав фантастические материальные и научные достижения, подвел человечество к краю исторической, биологической, природной пропасти. У А. Конан Дойла есть роман «Когда земля вскрикнула». Земля конца XX - начала XXI века не просто вскрикнула, она орет что есть сил, пытаясь привлечь внимание людей к опасной ограниченности созданной ими индустриальной цивилизации и возможном окончательном решении человеческого вопроса путем освобождения биосферы от надоедливого и алчного «человека разумного» (homo sapiens), который - особенно в капсистеме - перестает быть sapiens. Исчерпание ресурсной базы, проблемы экологии (если добыча ископаемых продолжится темпами, характерными для ХХ века, то, как считают специалисты, за ближайший век из недр будет изъято все, что планета накопила за четыре миллиарда лет!), демографии, продовольствия, воды - все это напоминает кризис верхнего палеолита, но только многократно усиленный, усложненный и опасный, способный не только сократить население планеты на 50-80%, но и обнулить его.

В любом случае, удастся ли человечеству преодолеть кризис с относительно минимальными потерями или это будет повторение верхнепалеолитического кризиса по полной программе, жизнь после кризиса будет принципиально, практически по всем параметрам отличаться от посленеолитической истории, от цивилизации. Это будет другой мир, другая история. Может быть, другая цивилизация. А может быть, неопалеолит или нечто третье. В любом случае - к сожалению, мало кто это понимает - мир доживает последние докризисные десятилетия.

Вы сказали, что русские приспособлены к выживанию в условиях кризисов и смут. Это так. Более того, механика русских смут может кое-что прояснить в нынешней глобальной смуте. В свое время В.О. Ключевский и С.Ф. Платонов предложили свои концепции русской смуты конца XVI - начала XVII вв., которые работают не только на материале той смуты, но, во-первых, всех русских смут (1870-х - 1929 гг. и нынешней, стартовавшей в 1987 г.); во-вторых, макроисторических кризисов - позднеантичного, позднефеодального, глобального позднекапиталистического.

Ключевский и Платонов выделили в истории Смуты три фазы: первая - «боярская» у Ключевского, «династическая» у Платонова; вторая - у обоих «дворянская»; третья - соответственно «общесоциальная» и «национально-религиозная». Наши историки точно зафиксировали, что смуты начинаются с борьбы вверху, а затем как бы спускаются вниз, охватывая сначала низы господствующих групп и средние слои, а затем общество в целом. То, что Ключевский назвал общесоциальной фазой, по форме, как правило, выступает в качестве национально-религиозной, то есть переходит на уровень борьбы за национальную и (или) религиозную идентичность, хотя содержание носит вполне социальный характер (примеры - «протестантская» революция в Европе в XVI веке, современный исламский фундаментализм).

Схема Ключевского-Платонова неплохо объясняет механику нынешнего кризиса. Глобальную смуту начинает «мировое боярство» в борьбе за свои «династические привилегии». Затем смутокризис охватывает средние слои, причем главным образом на полупериферии и периферии, которые эксплуатирует «железная пята». Этот процесс усиливает эксплуатацию и депривацию низов, перед которыми во всей остроте встает проблема социального падения, утраты идентичности и - часто - физического выживания.

В 1970-е годы мы начали «въезжать» - при всей условности и поверхности аналогий - в аналог кризиса «длинного XVI века» (борьба верхушки со средними и рабочими классами), который довольно быстро стал перетекать в аналог позднеантичного кризиса (порой даже кажется, что оба аналога развивались синхронно). И вот мы приближаемся к самой страшной фазе - национально-религиозной (то есть общесоциальной, мировой), которая, помимо прочего, совпадает с аналогом верхнепалеолитического кризиса. (Напомним, что тогда погибла большая часть человечества). Причем выход из каждого отдельного кризиса не выводит из него, а является входом в следующий. Это вовсе не «черновидение» (Ст. Лем), а реальность, в которой уже живет огромная часть мира. Достаточно указать на конфликты в Судане, войну между хуту и тутси в Руанде, которая унесла около одного миллиона жизней - и не надо успокаивать себя тем, что это далеко, - есть и поближе: Афганистан, Чечня, Косово. К тому же, как правило, кризисы начинаются на периферии. Помните, откуда пришли христианство и ислам? Нас от жестокого кризиса избавляет пока то, что мы до сих пор проедаем остатки советской системы и обладаем ядерным оружием - тоже, кстати, советское наследие, которое до сих пор гарантирует нам непревращение в сербов, пуштунов и иракцев.

- Кстати, «трущобный народ» идеально приспособлен для выживания в условиях кризиса и тотального разрушения старой цивилизации. Обратите внимание на романы-катастрофы Саймона Кларка. В них современное общество рушится из-за климатических или геологических катаклизмов, воцаряются одичание и хаос - и в таких условиях господство захватывают выходцы со «дна»: бродяги-бомжи, трущобники. Жестокие, сплоченные, жаждущие отомстить тем, кто их еще вчера презирал и отвергал. И на руинах мегаполисов воцаряется ад...

- Или «Мир черного солнца» - так называется одна из многих версий игры «Dungeons and dragons», посвященная миру после глобальной катастрофы. Что касается трущобного люда, то у него, в отличие от сытых и сильных мира сего, ни во что не верящих циников-поклонников «двух Б» (бабло и бабы) есть мощное идейное оружие. Slum people в Африке и Азии исповедуют ислам, в Латинской Америке - пятидесятничество, которое почти превратилось в отдельную от христианства новую религию с сильнейшим протестным потенциалом.

Но я знаю еще одну группу, только не социальную, а этническую, которая идеально приспособлена для выживания в условиях жестокого кризиса. Это мы, русские. Хотя, боюсь, за вторую половину ХХ века это качество во многом утрачено.

+1

4

КАТАСТРОФЫ И НОВЫЕ ОТВЕРЖЕННЫЕ

- А можно ли спрогнозировать, по кому в первую очередь врежет глобальный кризис кризисов?

- Прежде всего - по среднему классу Запада. Затем изъятие доходов ждет верхушки полупериферийных и периферийных стран: либо тех, что слабы, либо тех «богатеньких буратин», которых Запад лукаво убедил в необходимости хранить свои богатства у него.

У «буратин» в такой ситуации два выхода: встать, извините за выражение, на отсос у «железной пяты» и компенсировать утрату усилением эксплуатации своего населения. Либо во главе своего народа начать борьбу. Но для этого нужны воля, мужество и, желательно, нравственность.

Еще один кандидат на небытие - институт государства. В ходе кризиса произойдет окончательная приватизация власти-населения, хотя в качестве внешней скорлупы, формы государственности сохранятся. Приватизация как социально-экономический курс и упадок государства тесно связаны с еще одним аспектом кризиса - криминализацией глобальной экономики, а точнее - принципиальному стиранию граней между легальными («белым») и криминальным («черным») секторами. В результате возникает некое серое пятно, охватывающее почти всю планету.

Грубо говоря, глобальная экономика стоит на «пяти китах» (или слонах - как угодно): торговля нефтью; оружейный бизнес; наркобизнес; торговля драгметаллами и золотом; проституция и порнобизнес. Два «кита» носят практически полностью криминальный характер, три других - в огромной степени криминализованы. Современная глобальная экономика - в огромной степени криминальная экономика, и это показатель кризиса. А за этим следует криминализация и других сфер - социальной (сверху донизу, включая правящие элиты), политической. Таким образом, приватизация и криминализация - две стороны одной «кризисной» медали. Разумеется, не всякая приватизация криминальна, однако я имею в виду конкретный исторический процесс, стартовавший в конце XX века под знаменем либерализма, который к настоящему либерализму имеет такое же отношение как Гручо Маркс (комик) или Эрих Маркс (один из разработчиков плана «Барбаросса») к Карлу Марксу.

Кстати, приватизированные власть, системы жизнеобеспечения, снабжения и т.п. в мегаполисах в случае кризиса - например кризиса доллара, мировой валютно-финансовой системы - рухнут сразу. Аналогичным образом обстоит дело с технической и медицинской инфраструктурой - и чем они сложнее, тем быстрее будут рушиться. А уж в приватизированном виде и подавно. Сравните советскую электроэнергетику и чубайсовскую.

- Тем более, что опыт показывает: в период общественных потрясений происходят природные катастрофы, эпидемии.

- Да, «Черная смерть» - эпидемия чумы предшествовала кризису «длинного XVI века». Посреди великого переселения народов - в VI веке - бушевала еще одна эпидемия чумы, ослабившая Византию и косвенным образом способствовавшая мусульманским завоеваниям. Примеры из XX века - «испанка», унесшая больше жизней, чем мировая война 1914-1918 гг. и СПИД, стартовавший вместе с глобализацией - причем в буквальном смысле: слово «глобализация» появилось в том же году, когда «зафиксировали» вирус СПИДа - в 1983.

Вообще прогнозировать надвигающийся кризис и формирование послекапиталистической системы без учета природно-климатических факторов и потрясений нельзя. Естественно, я имею в виду не форс-мажорные и плохо предсказуемые явления типа удара из космоса астероидом или кометой, а вполне циклические и хорошо известные геологам и палеоклиматологам явления, сроки которых, к тому же, вот-вот должны наступить.

Во-первых, это окончание трех-четырехвекового периода относительного геологического спокойствия планеты. По мнению специалистов, с середины XXI в. начнется новый цикл геологической активности: вулканизм, землетрясения, природные катастрофы. Вулканизм, как правило, становится «спусковым крючком» похолоданий и биотических кризисов. Пик геоактивности придется на XXII в., и мы получаем неукротимую планету похлеще гаррисоновской.

Во-вторых, раз в 12-15 тысяч лет смещаются полюса и наклон земной оси, что обычно приводит к серьезным природным потрясениям. Последний раз это произошло именно около 15 тысяч лет назад.

В-третьих, геологическая история времени существования человеческого рода, «сконструирована» так, что из каждого стотысячелетия 85-90 тысяч лет приходится на ледниковый период, а 10-15 тысяч лет - на потепление. Наша постнеолитическая цивилизация полностью связана с мировой оттепелью, она продукт межледникового периода. Но период оттепели заканчивается, прогнозируется новый ледниковый период - и не малый, а великий. Разумеется, человечество ныне не то, что 10-15 тысяч лет назад, у него несопоставимо более высокий информационно-энергетический потенциал, но у этого потенциала есть и разрушительная составляющая, что создает опасности на порядок более серьезные, чем в каменном веке.

Разумеется, глобальное похолодание может стать мощным стимулом дальнейшего развития человека. А может - и терминатором. В любом случае наложение, волновой резонанс трех геоклиматических потрясений на тройной социальный кризис может стать сверхиспытанием. Собственно, «командорские шаги» надвигающегося кризиса уже слышны - по скорости вымирания животных и растений в ХХ веке мы уже вступили в эпоху глобальной катастрофы. Но кто будет слушать биологов.

Для России ситуация осложняется тем, что по прогнозам в случае геоклиматических изменений и катастроф ее территория окажется мало незатронутой их последствиями (в отличие от Западной Европы, Северной Америки, Африки). Если учесть, что при двух процентах мирового населения мы контролируем пусть не 1/6, но 1/7 или 1/8 часть суши - необъятные пространства и умопомрачительные ресурсы, включая пресную воду, то слабая Россия оказывается мишенью, фактором, раздражающим ближних и дальних соседей. Причем, если в XIX веке это были соседи главным образом с Запада, то сегодня это соседи со всех сторон света, кроме Севера.

Уже в конце XIX века Запад фактически прислал России «черную метку». «Акт берлинской конференции» 1884 г. зафиксировал принцип «эффективной оккупации»: если страна не может как следует добывать сырье на своей территории, то она обязана допускать к эксплуатации более эффективные и развитые страны. Формально это говорилось об афро-азиатских странах, но в виду имелась и Россия, все больше попадавшая в зависимость от западных банков. На рубеже ХХ-XXI вв. ситуация типологически повторяется под знаменем глобализации и ТНК.

В надвигающемся кризисе наша задача - не позволить разорвать страну. Например, не допустить, чтобы сюда хлынули все полчища «трущобного люда». Да, они угнетенные и обездоленные. Но если они придут к нам, то станут обычными грабителями. И если мы будем слабыми, у нас отберут пространство и ресурсы: слабых бьют. Я глубоко убежден, что Россия может сохраниться, только занимая свое естественноисторическое пространство. Нам не нужно лишнего (лишним оказались Польша, Прибалтика, Финляндия, Западная Украина, возможно, меньшая часть Средней Азии)[2], но и своего нельзя отдавать ни пяди.

Возвращаясь к приватизированному миру, отмечу, что он - идеальная жертва для кризиса, тем более сочетающего социальные и природные характеристики. Если нужно «подготовить» мир для кризисного уничтожения, все в нем или бóльшую часть нужно приватизировать. Можно сказать, что приватизация, развернувшаяся в мире с 1980-х годов и облегчающая социальный коллапс, - интегральная часть кризиса, причем ее негативные последствия «матрешечного» характера явно не просчитаны до конца теми, кто страгивал спусковой механизм. Они решали свои кратко- и среднесрочные проблемы. И решили их. Но решение среднесрочных проблем части (верхушки) усугубило долгосрочные проблемы целого, а следовательно, и самой мировой верхушки, все менее способной к геостратегическому мышлению. Мелкий лавочник может думать только о лавочке и гешефте, стратегия же предполагает, во-первых, умение слышать Музыку Сфер, Музыку Истории, во-вторых, трагическое мироощущение - необходимое условие самостояния большого государственного деятеля.

ГЛОБОФАШИЗМ КАК ВОЗМОЖНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

- Не считаете ли вы, что глобальная финансовая олигархия, заварив кашу мирового кризиса, попытается выйти из него, установив нечто вроде глобального фашизма? С властью высшей касты избранных, с изощренными средствами контроля и подавления, планомерным уничтожением «лишнего населения»?

В самом деле, в ХХ веке часть финансовой олигархии уже делала ставку на нацистский проект. Где гарантия от того, что подобная попытка не повторится и сто лет спустя? Не говорю, что она увенчается успехом - а о том, что попробуют. Создадут нечто тоталитарное: США как военная база наднациональной власти, контролирующей природные ресурсы планеты, стаи беспилотных штурмовиков в небе, «плавучие города» для касты избранных, прикрытые ПРО и авианосцами. Непокорные народы и группировки, уничтожаемые специальными вирусами, выведенными генными инженерами...

- Давайте сначала уточним насчет фашизма. Для меня как для историка - это очень конкретное явление, связанное с Италией Муссолини. В Третьем рейхе был не фашизм, а национал-социализм, совершенно иная конструкция. Если говорить по сути вашего вопроса, то «глобофашизм» (в данном случае я использую это слово в качестве метафоры, а не понятия) как проект уже осуществляется неоконами. США уже сегодня являются базой наднациональной власти. Уже сегодня они стремятся установить контроль над мировыми ресурсами; уже сегодня микропроцессоры, «генная» инженерия и нанотехнология поставлены на службу американскому ВПК.

В 1990 г. И. Валлерстайн опубликовал статью «Америка сегодня, вчера и завтра», в которой разбирал возможные варианты будущего США. Неофашистский - подавление своих низов с помощью насилия - он посчитал маловероятным из-за американских традиций и ценностей (правда, на это я сразу же могу возразить ему его же фразой: «Ценности становятся весьма эластичны, когда речь заходит о власти и прибыли»).

Второй вариант таков: поддержание социального мира и относительной демократии внутри Америки и Севера в целом за счет эксплуатации остального мира, который окажется в полурабском состоянии. Если с 1945 по 1990 г., писал Валлерстайн, поддержание на высоком уровне дохода 50% населения США вместо 10% требовало увеличения эксплуатации других 50%, то нетрудно представить, что потребуется для поддержания 90% населения на относительно высоком уровне дохода - жесточайшая эксплуатация остального мира и систематическое оглупление, информационно-психологическое отупление своих масс.

Перед нами модель «Афины-2» или «Рим-2». То есть глобальное неорабовладение. Однако у этой модели есть уязвимое место. Это небелое население - как местное, так и мигранты. Рано или поздно верхушка «крепости Север», «Рима-2» будет вынуждена на существенное ограничение прав низов (среднего класса уже не будет) и усиление их эксплуатации. Возможный результат - гражданская война, распад США (например, на афро-мусульманский юг и восток и на протестантско-иудаистский север и запад).

Крушение «неорабовладельческого» варианта может привести к реализации варианта «неофеодального» (оба термина условны) - распад глобальной системы на множество относительно мелких и по-разному устроенных политико-экономических единиц с превращением огромной части мира в неоварварскую зону. Мне этот вариант представляется наиболее вероятным. Ставка финансовой олигархии на глобальный «фашистский» проект скорее всего провалится, как это когда-то произошло с Гитлером. Мир слишком велик и сложен, чтобы им управлять из одного центра, - эту фразу устами одного из своих героев сказал Т. Клэнси, писатель, весьма близкий к американскому истеблишменту. Хотя сама «глобототалитарная попытка» - а нынешняя глобализация и есть форма ее осуществления - может занять несколько десятилетий. Эдакий мир Глобамерики.

Но вот в чем я не согласен с Валлерстайном, так это в том, что такая Глобамерика, осуществляющая эксплуатацию мира, будет внутренне демократичной - это уже не так. Население США (а с помощью систем типа «Эшелон» и Севера в целом) находится под колпаком электронной слежки.

- Причем призывы к тотальной электронной слежке раздавались и раньше, что характерно именно со стороны неоконов. Стоит только посмотреть на проект «Новый американский век», начатый неоконами. В его рамках пошел разговор о создании генетически сконструированного биологического оружия избирательного действия, о системах тотальной электронной слежки...

- А после событий 11 сентября 2001 г., которые помогли части мировой «железной пяты» так же, как Перл Харбор 7 декабря 1941 г., тем более не так. Вдобавок, как показывает история, контроль над миром или крупным регионом, как правило, оборачивается сворачиванием демократии внутри страны-контролера. Классический пример - Рим. Как только он захватил полный контроль над Средиземноморьем, республика была обречена. Кстати, Чалмерс Джонсон в книге «Печали империи» (2004 г.) (можно перевести и как «горести», «муки», «страдания») прямо пишет о том, что республика в Америке закончилась в 1990-е годы, к власти фактически пришли военные. Они строят мировую империю, которая дорого обойдется американскому народу. У книги показательный подзаголовок: «Милитаризм, секретность и конец республики». «Имперская республика» США ХХ в. превращается в квазиимперию. Впрочем, мощь этой империи - как военную, так и финансовую - переоценивать не стоит.

Возвращаясь к футурологической проблематике, хочу отметить, что на смену капитализму идет намного менее демократичное общество. (Придет или нет - зависит от сопротивления людей, в том числе русских.) Поскольку решающую роль в современном производстве начинают играть духовные, информационные факторы, то именно их будут отчуждать у людей хозяева новой системы - как капиталисты отчуждают овеществленный труд. Общество, где у людей отчуждаются духовные факторы, информация, должно быть устроено принципиально иначе, чем капиталистическое - и многие его черты уже проступают в позднем, «неоварварском» (он же - «неорабовладельческий», «неофеодальный») капитализме корпораций.

Во-первых, оно будет кастово-иерархическим с резкими ограничениями доступа к образованию, сначала - с помощью рынка, который якобы расширяет образовательные возможности (привет некоторым элементам Болонской системы), затем - социально закрепленными.

Во-вторых, это должно быть общество с принципиально плохим массовым образованием - несистематическим, лоскутно-мозаичным.

В-третьих, настоящая наука, прежде всего теория и прогнозирование скорее всего превратится в кастовое занятие части верхов; «внизу» останутся безобидные эмпирические штудии, «игра в бисер» с сильным иррациональным оттенком и фольк-наука, особенно это коснется исторической науки, которая стремительно детеоретизируется и переживает кризис как на Западе, так и у нас.

В-четвертых, массам будет предложена (уже предложена) отупляющая развлекаловка в режиме «нон-стоп», превращающая людей в толпу дебилов, неспособных жить без поводырей-пастухов.

В-пятых, в связи с этим политика окончательно отомрет, ее место займет шоу-бизнес; к реальной власти, к реальному слою хозяев эта деятельность, этот фасад кривляющихся марионеток непонятного пола, иметь не будет. В крайнем случае, как в романе Ст. Лема «Эдем», правящий слой вообще превращается в полубогов-невидимок, которые живут в изолированном запретном пространстве и благодаря техническим достижениям невидимы массам, а потому внушают еще больший страх.

- Можно представить и другой вариант: господа совершенствуют себя с помощью последних достижений биотеха, генной инженерии и нанотехнологий. Вводят в организм наноботы, скрещивают свой мозг с компьютерными сетями. Применяют новейшие методы обострения своих умственных и психических возможностей. В итоге получается раса властителей... Кстати, все движется именно в этом направлении.

- Я не считаю фантастичным такой вариант развития посткапиталистического мира, когда слой господ превратится не просто в иную расу, а в иной вид - биотехнологический и будет даже внешне (рост, телосложение и т.п.) сильно отличаться от низов. Собственно, в докапиталистических обществах верхи, как правило, биологически отличались от низов, и дело не только в поведении и одежде, но и в «физическом экстерьере». Это капитализм, причем только в ХХ веке, а еще точнее - в послевоенный период в значительной степени нивелировал внешность верхов и низов, усреднив ее - улучшение питания, гигиена и т.д. Остальное довершила демократическая молодежная мода, восторжествовавшая после 1968 г.

Послекапиталистический мир в этом плане будет больше похож на докапиталистические общества. С этой точки зрения демократический капитализм ХХ века (с обязательным наличием антикапиталистического сегмента СССР), как бы мы его ни критиковали, оказывается уникальным мигом в мировой истории.

Но все это не значит, что надо покорно ждать пришествия новых хозяев. К тому же, не в силе Бог, а в правде...

+1

5

СИМПТОМЫ КРИЗИСА

- И как же выходить из глобального кризиса? Кто будет думать об антикризисных мерах? Ведь сегодня мы видим, как деградируют умственные способности политиков и правящих элит. Как падает качество образования на Западе и у нас. А многочисленные кризисные явления, складываясь, порождают совершенно новые беды.

- Падение качества образования - частный симптом общего кризиса. Образование рушится с 1960-х годов, со времени того, что некоторые на Западе называют «мировой студенческой революцией». Результаты плачевны. Я сталкивался с американскими студентами из известных университетов, которые никогда не слышали таких имен, как Робеспьер, Бисмарк, Шарль де Голль. Они историю Второй мировой войны изучают по романам и художественным фильмам. Наши школьники и студенты тоже постепенно деградируют.

Образование в современном мире становится средством формирования нового общественного расслоения. Ведь именно образование в современных условиях позволяет отсекать от общественного пирога целые сегменты общества не только в настоящем, но и в будущем. Оно готовит сегодня завтрашних незнаек, «информационно бедных», сводя процесс обучения к дрессуре - тестовому оболваниванию, отучающему человека от главного - умения ставить вопросы, формулировать проблемы. Анализ образования должен занять одно из главных мест в новой дисциплине, которую предстоит создать, - кризисологии с ее практическими рекомендациями.

Пока же это происходит только в фантастических романах. Помните, как в азимовском цикле «Академия» («Foundation») математик Селдон предсказывает, что через несколько десятилетий внешне процветающая галактическая империя сорвется в кризис, который продлится десятки тысяч лет. Кризис неотвратим, однако «темные века» можно сжать до одной тысячи лет, если реализовать на практике антикризисный «план Селдона». Для реализации плана в разных концах галактики создаются две Академии - явная и тайная, многие поколения ученых-психоисториков, которые в конечном счете выводят ситуацию из кризиса.

Когда-то Ленин сказал, для нас важнейшее из искусств - кино. Перефразируя, сегодня можно сказать: из всех наук для нас важнейшая - кризисология, которую нужно было создавать вчера.

- Накатывающий на человечество кризис настолько тяжел и опасен, что все нынешние распри между левыми и правыми политиками, между коммунистами и либералами, монархистами и демократами кажутся пустой тратой времени. Не пора ли объединяться, чтобы сообща противостоять перспективе гибели 80% землян?

- Прежде чем отвечать на этот вопрос, вспомним, когда и в связи с чем появились левые и правые, консерваторы, либералы и марксисты. Левые и правые появились в эпоху Великой французской революции. Что касается идеологий, то они оформились уже после французской революции. Одним из главных результатов последней был психоисторический - социально и политически активная часть общества поняла: изменение есть нормальный, неизбежный и необратимый факт общественной жизни, нравится кому-либо это или нет. Не случайно в 1811 г. появляется термодинамика - первая постклассическая наука; в ней, в отличие от ньютоновской физики, время необратимо (Стрела Времени). В дальнейшем социальные проекты и средства их достижения конструировались с учетом отношения к факту изменения. Те, кому изменения не нравились и кто пытался их затормозить, законсервировать - консерваторы; те, кто приветствовал постепенные, эволюционные изменения - либералы; те, кто выступал за качественные изменения - марксисты. Так возникли три великие идеологии Модерна. Разумеется, это упрощенная картина, но она отражает главное.

Между либералами и марксистами существовало важное сходство - они положительно воспринимали сам факт изменения, разрушение традиционных структур и формирования современных, трактуя его как прогресс. Он был общим знаменателем как для либералов, так и для марксистов.

XIX век прошел под знаменем прогресса, хотя к концу его возникла вполне ощутимая тревога - достаточно сравнить написанные на рубеже 1860-1870-х годов четыре самых известных романа Жюля Верна и написанные в 1890-е четыре самых известных романа Герберта Уэллса. В предвоенный и военный периоды антипрогрессистские настроения усилились, хотя и не стали доминирующими, ну а «славное тридцатилетие» (1945-1975) стало триумфом прогрессистских идеологий и теорий. Казалось, еще чуть-чуть и весь мир войдет в царство прогресса: бедные страны существенно сократят отрыв от богатых. В самих богатых странах с бедностью будет покончено навсегда, научно-технический прогресс обеспечит бесконечный рост и социальный прогресс. Однако 1980-е и особенно 1990-е годы развеяли эти мечты и надежды.

Научно-техническая революция (НТР), плодами которой воспользовались, естественно, страны ядра капсистемы, резко увеличила и продолжает увеличивать разрыв между развитыми и слаборазвитыми странами. Основная масса последних все больше погружается в слаборазвитость и бедность - на этот раз без какой бы то ни было перспективы и надежды на то, чтобы вырваться туда, «где чисто и светло». Парадокс, но именно научно-технический прогресс последней четверти ХХ века похоронил надежды на прогресс социально-экономический. НТР и глобализация на рубеже ХХ-ХХI веков в мировом социальном раскладе и соотношении сил, сыграли роль, очень похожую на ту, что сыграли в XVI веке возникновение европейской (атлантической) мир-системы с ее новым разделением труда и военная революция. Они усилили сильных и ослабили слабых, лишив их надежд на улучшение своего положение.

Уже в 1980-е начинают появляться книги с названиями типа «конец прогресса», «фэнтэзи» вытесняет научную фантастику («science fiction»). В науке начинает акцентироваться роль вероятности, хаоса, случайности, точек бифуркации. В 1979 г. в «третьем мире» происходит революция впервые не только не под марксистскими или хотя бы левыми знаменами, но под религиозными, антипросвещенческими - хомейнистская мусульманская революция в Иране. Если на Ближнем Востоке разворачивается исламский фундаментализм, то на Западе - рыночный. В 1979 г. к власти в Великобритании приходит Тэтчер - яркая представительница рыночного фундаментализма, который по-своему является не меньшим отрицанием геокультуры Просвещения, чем исламский фундаментализм.

В 1991 г. рушится СССР[3], а вместе с ним - Большой Левый Прогрессистский Проект Модерна, и еще одна огромная зона вылетает из прогресса. С этого момента в мире остается только одна версия «прогресса» - капиталистическая англосаксонская, ограниченная 15-20% мирового населения и осуществляющаяся за счет остальных 80-85%. Теперь, когда СССР нет, капитализм снова может показать зубы - и своим «пролам» и «мидлам», и чужим. Особенно афроазиатским и латиноамериканским, как это делалось в XIX - начале ХХ века Прогресс гипербуржуазии, космократии (Д. Дюкло) - это прогресс на костях 80-85% мирового населения. Речь, таким образом, идет о массе людей, обреченных стать сырьем в топке чужого прогресса.

Значит ли это, что нужно послушно лезть в эту топку? История дает однозначно отрицательный ответ таким логике и прогрессу. Исторические факты свидетельствуют, писал знаменитый социолог Б. Мур, что источники человеческой свободы и революционной борьбы за нее «лежат не только там, где видел их Маркс, в устремлениях классов к захвату власти, но возможно в еще большей степени в предсмертном реве класса, который вот-вот накроет волна прогресса».

Поздний капитализм движется, выталкивая из системы значительную часть промышленного пролетариата и среднего класса и создавая таким образом новые опасные классы, которые могут составить не менее 50% населения. Они противостоят верхушке не по линии «капитал - рабочая сила», а либо по линии «достойная жизнь - недостойная жизнь», либо «жизнь - нежизнь». Политика сменяется биологией, а экономика - моралью выживания. Это сеет семена такого социального гнева, по сравнению с которым пролетарские революции покажутся цветочками.

Ликвидируя средний класс и таким образом решая кратко- (в лучшем случае - средне-) срочные политические проблемы, западная верхушка создает для себя еще более серьезные долгосрочные проблемы. Во-первых, устраняется социальная стена между верхами и низами. Во-вторых, капитализм выковывает разрушительную антисистемную силу. Помимо прочего, это свидетельствует и об утрате инстинкта самосохранения значительной частью западной верхушки. Эта утрата - характерный показатель периодов деградации.

Иными словами, перед лицом волны неолиберального прогресса, который грозит пересортировкой человечества и социальной выбраковкой большей его части, многие прежние споры и разногласия между левыми и правыми уходят в прошлое.

ЧЕРТЫ НОВОЙ ОППОЗИЦИИ

- В нынешней эпохе, в ситуации «вывихнутого века», возможны принципиально новые идейно-политические комбинации и конструкции, особенно если мы не хотим, чтобы нас вывихнули вместе с веком и взяли на болевой прием. Сегодня капитал, провозглашающий свободу без равенства, мультикультурализм и права меньшинств (чтобы легче давить и отсекать от «общественного пирога» ставшее ненужным большинство) угрожает христианству и европейской цивилизации (точнее, тому, что от нее осталось), белой расе, огромной части человечества, социосфере и биосфере.

В этой ситуации идейным оружием тех, над кем вот-вот сомкнутся волны неолиберального прогресса (а это главным образом средние и низшие классы - «лишние люди» современного мира) может стать «реакционный прогрессизм». А наиболее радикальной «левой» стратегией может стать консервативное противостояние радикализму «неолибералов» и «неоконов». Речь идет о том, чтобы не позволить капиталу разрушить демократические институты, оформившиеся между 1848 и 1968 гг. и представляющие системно-институциональный каркас капиталистического общества. Обычно те, кто стоит на пути изменений, прогресса, считаются реакционерами, «правыми». Однако в нынешней ситуации «прогресс» - это оружие «правых», оружие сильных, которые стремятся заменить более не устраивающую их прежнюю эксплуататорскую систему на новую, посткапиталистическую - значительно более жестокую, эксплуататорскую и антигуманную. Союз консерваторов и марксистов, а также нормальных либералов в рамках «реакционного прогрессизма» может встать на пути демонтажа демократических институтов.

Я не случайно беру «левые» и «правые» в кавычки. Как «реакционный прогрессизм» находится по ту сторону «левых» и «правых», так и «неоконы» с их «прогрессом» - тоже по ту сторону «левизны-правизны», некий «лево-правый» симбиоз. Не случайно почти все неоконы - в прошлом «левые», причем многие из них - крайне «левые», троцкисты, прошедшие (или пропущенные) впоследствии сквозь «правое» решето-школу Лео Штрауса с его любовью к Платону, кастовым порядкам и т.д. (мне это напоминает способ «изготовления» толкиеновских урук-хаев в Изенгарде). Штрауса и неоконов, по-видимому, больше всего привлекла идея правления высшей касты, некоего закрытого ордена посвященных.

Кстати, идея о том, что миром должны руководить закрытые тайные структуры и общества, носится в воздухе, а точнее распространяется в нем целенаправленно, через книги и фильмы. Мне почему-то кажется, что тамплиеры, «коды да Винчи», «Граали», Гарри Поттеры (здесь, как считают П. Образцов и С. Батенева, за волшебно-магическим антуражем школы Хогвартса скрывается орден иоаннитов - Мальтийский орден) и т.п. - это не просто мода и не просто эксплуатация рыночного успеха. Нас постепенно приучают к тому, что нормально и правильно, когда миром правят скрытые от массового взора силы, некие посвященные. Особенно когда в мире тревожно. И в то же время - обилие фильмов-катастроф. В массовое сознание вбрасываются некие блоки-знаки-образы: катастрофы, тайные (закрытые) организации как формы управления. Это не конспирологическая схема, а нормальная картина идейно-психологической (психоментальной) пропаганды и обработки, нейролингвистического программирования с помощью кино и массовой литературы. Кстати, о важности этих форм постоянно говорят неоконы. «Реакционный прогрессизм» (название условное) - адекватный ответ этим ребятам: «Ступай, отравленная сталь, по назначенью».

- То есть, наступает «эпоха красной свастики»?

- Так и подмывает сказать: а также «черной звезды и зеленого креста». Однако при всей внешней эффектности словосочетаний «красная свастика», «черная звезда», «зеленый крест» и т.п. и даже с учетом того, что многие (но не все!) противоречия между левыми и правыми, действительно исчезают, что эпоха Модерна или, по крайней мере, Высокого Модерна (1789-1991 гг.) закончилась, я бы воздержался от таких формулировок.

Во-первых, не могу забыть, что под красными знаменами со свастикой в мою страну 65 лет назад хлынула гитлеровская нечисть, планировавшая полное уничтожение моего народа, наиболее пострадавшего во Второй мировой войне. Такое не забывается.

Во-вторых, поскольку в современном мире социальная база коммунизма и фашизма (не путать с национал-социализмом) исчезла, нужно искать другие символы, не надо цепляться за прошлое.

В-третьих, если говорить уже о кресте и полумесяце, при том, что ислам выступает сейчас как идейное знамя борьбы с англосаксонским турбокапитализмом без тормозов, что в самóм христианстве одни течения (протестантизм) явно обслуживают сильных как богоизбранных, а другие самим ходом событий выталкиваются в противостояние этому, борьба в XXI в., если ей суждено состояться и увенчаться успехом, должна быть прежде всего светской по своим целям. Бог - лишняя гипотеза.

А с исламскими движениями вообще надо быть аккуратнее. Многие из них, как это очень хорошо показали в своих работах, например, Р. Лабевьер и А. дель Валь, создавались США в своих интересах для борьбы сначала против СССР, затем против Европы и Китая. Ислам - оружие не только обездоленных, но и богатых финансистов, торговцев оружием и нефтью, которые используют и ислам и свою же бедноту в качестве средства борьбы за бóльшую долю в мировой прибыли. Одни их агенты влияния пытаются лицемерно убедить, что они-то и есть защитники обездоленных в мире, друзья России и т.п. Но, как сказано в Коране, «Аллах свидетельствует, что лицемеры - лжецы» (сура 63, аят 1). Другие откровенно говорят, что поскольку русскими всегда командовали этнически нерусские элиты - норманны, монголы, немцы, евреи, то теперь нормальный для русских выбор - это мусульманские элиты. Ну что же, большое спасибо. Не буду даже рассуждать на эту тему, рекомендую желающим проследить историческую судьбу всех тех, кто пытался править Россией как «этой» (т.е. чужой) страной.

Прежде чем объединяться в мировой игре, надо хорошо понять: с кем и на каких условиях. Как говорил один великий марксист с русской спецификой - Ленин, прежде чем объединяться, надо разъединяться. Поэтому я предпочитаю действовать по принципу другого великого марксиста - с китайской спецификой - Мао Цзэдуна: «Идти порознь, бить вместе». Наличие общего противника еще не есть повод сливаться в экстазе. Дело надо делать. И помнить фразу Александра III о том, что друзья России - это только ее армия и флот. С учетом реалий ХХ-XXI вв. сюда нужно добавить спецслужбы.

У России, тем более нынешней слабой, к тому же позорно сдавшей на рубеже 1980-х - 1990-х своих союзников, действительно нет друзей в современном мире. Да и союзников нет - сами виноваты. Нам предстоит выстраивать новую систему союзов, а это предполагает четкое видение ситуации, подчинение краткосрочных целей долгосрочным, готовность верхушки идти на жертвы. Может ли кто-то из нынешних мировых центров силы быть долгосрочным союзником России? Едва ли. Значит, остается игра на противоречиях. Но здесь важна цель - ради чего? Ради краткосрочного экономического гешефта или восстановления державности?

- Мне кажется, на деле идет оформление всего двух партий. Людей творческих, сражающихся за жизнь, развитие и достойное будущее рода людского - и античеловеков, носителей духа алчности и властолюбия. Проводников политики финансового истеблишмента.

- Вы правы в том, что в условиях современного наукоемкого производства 80% населения планеты - лишние люди. Это касается в значительной степени и верхушки полупериферийных и периферийных стран. Те из них, кто полагает, что улетят от кризиса на Запад, рискуют. Во-первых, надо еще до аэродрома добраться. Во-вторых, на том же Западе, как только представится возможность, периферийных «остапов бендеров» обдерут как липку.

Что же касается двух партий «творческих людей» и «античеловеков», то я бы присовокупил к ним еще одну, самую многочисленную партию - равнодушное болото, живущее сегодняшним днем. Это первое. Второе добавляет трагическую составляющую в вашу констатацию: в реальной жизни представители двух партий, о которых вы сказали, нередко оказываются тесно переплетены. Противостояние «творческой» и «античеловеческой» «партий», к сожалению, вписано сразу в несколько других серьезных раскладов различного масштаба и различной исторической длительности.

+1

6

ФУНДАМЕНТ «ЖИЗНИ ПОСЛЕ КАТАСТРОФЫ»

- И вот тут мы подошли к очень важному моменту. Не секрет, что многие из нас выступают за то, чтобы Россия в широком понимании этого слова стала азимовским Основанием-Академией («Foundation») для создания нового послекризисного мира. Проханов, Громыко, Крупнов, Калашников, Кугушев - очень многие видят сегодня Россию как спасительный ковчег. Как остров «жизни-после-катастрофы», центром альтернативного развития мира. Зачатком новой цивилизации. Оплотом всех здоровых сил, борющихся с глобофашизмом и засильем финансового истеблишмента. А как считаете вы?

- В ответе на Ваш вопрос я хочу отделить должное от сущего. Мы можем изобретать любые проекты того, как должно быть. Но есть реальность. Чтобы изобретение стало нововведением, нужны следующие благоприятные факторы: психологическая атмосфера, общественная потребность (материальный интерес) и финансовая поддержка. Китайцы изобрели порох, но нововведением он стал в Европе. В СССР делалось огромное количество изобретений, они запатентовывались, и патенты ложились на полку. Значит, будем исходить из реальности.

Во-первых, идея Академии а la Азимов не вполне соответствует идее империи. Это принципиально разные структуры. Академия - это хотя и долгосрочная, но все же «чрезвычайная комиссия», а империя - это «стационар». Из Академии при определенных условиях со временем теоретически может возникнуть новая империя, однако если говорить о создании чего-то, то либо Академия, либо империя. Причем в обоих случаях свои трудности и сложности. Но к проблеме империи я вернусь чуть позже.

Во-вторых, не думаю, что какая-то «одна, отдельно взятая страна» может стать азимовской Академией. Тут нужен универсальный опыт, и скорее это будет мировая сетевая структура. Это не значит, что не надо стремиться создавать локусы кристаллизации нового, свои сетевые структуры, «фабрики мысли», объединять их, активно внедрять свои наработки в образование и т.д. Тем не менее, будучи реалистами и стремясь к невозможному, к тому, чтобы сработать на пределе («интеллектуальный спорт» наивысших достижений), не надо забывать о реальности вообще. Антонио Грамши называл это пессимизмом разума при оптимизме воли.

В-третьих, в чем может заключаться русская заявка на превращение в locus standi и field of employment чего-то нового? К сожалению, здесь не так уж и много, что можно предложить. Можем ли мы похвастать недеморализованным населением, готовым не то что строить новое, а вообще к чему-то новому?

Для кристаллизации нового нужны наука и образование. У нас - стремительно рушащиеся и рушимые наука и образование. Их нынешняя организация не соответствует ни состоянию современного мира, ни современному этапу развития науки. Как и во многих других областях, мы проедаем советское прошлое, добавляя плохо соотносимые с ним западные дешевки - поделки для бедных и утиль-сырье. Есть ли у нас иммунитет против этого? На рубеже 1980-1990-х годов мы не смогли спасти самих себя и проиграли находившемуся в тяжелом состоянии сопернику. Сегодня наше положение хуже? Мы живем в обществе либер-панка (В. Макаров), или либерастии (И. Смирнов). То есть, в обществе, комбинирующем худшие черты советского и буржуазного социумов и переплетающее их в немыслимых комбинациях. Я бы охарактеризовал общество либер-панка как общество самовоспроизводящегося разложения, где позднесоветские элементы подрывают и разлагают западные, буржуазные - и наоборот. В результате ничего по-настоящему нового не возникает. Это - общество-ловушка, своеобразный «туннель под миром» (Ф. Пол).

В России 1990-х - начала 2000-х годов, где некапиталистические и антикапиталистические традиции остаются весьма сильны, развитие капитализма приобретало «первоначальный», на практике - криминальный, асоциальный характер, а его героями часто становились социопаты из разных слоев - от причмокивающего мямлика из номенклатуры и комсомольского шустрика до рэкетира, у которого шевелюра «стартует» от бровей (лба не просматривается). Неудивительно, что место социалистической утопии коммунистического строя в РФ заняла социал-дарвинистская утопия, трудно представимая даже в логове капитализма. Асоциализм, пришедший на смену социализму, есть синтез местных традиций и капитализма. Не в силах ни уничтожить его, ни переварить социально, они вытесняют его в асоциальную, неоархаическую, неоварварскую зону, одна из главных характеристик которого - приватизированное насилие. В своих худших проявлениях общество либер-панка - это более или менее институциализированная социо-антропологическая деградация. С точки зрения исторической логики постсоветский строй на выходе из исторического коммунизма занимает нишу, эквивалентную НЭПу на входе.

Общество либер-панка - ни в коем случае не капиталистическое и тем более не буржуазное - как не была такой нэповская Россия. По своему содержанию экономический тип постсоветского общества мало чем отличается от такого советского, который, в свою очередь, уходит корнями в дореволюционное прошлое. Этот тип не только принципиально некапиталистичен, но даже и не рыночен. В РФ нет рынка, основанного на конкуренции, а есть монополия, основанная на власти. Только власть эта носит приватизированный характер. Указанная монополия приобретает «рыночные» (и то часто в фарсовом виде) черты, только вне страны, на мировом рынке.

Ясно, что монополия эта была обеспечена не только не рыночным, но и не правовым способом. Поэтому у нас и не может быть крупной буржуазии - только разбойно-паразитический по происхождению слой, ряженый в либеральные одежды. Черты «протобуржуазии» просматриваются в намечающейся тощей прослойке среднего класса. Но его-то как раз постоянно и систематически уничтожают, гнобят, стремятся «унасекомить». То, что у нас нередко представляют в качестве «среднего класса» (целые издания специализируются на решения данной задачи) - это низшие группы разбойно-паразитического класса и его медиа- и арт-обслуга . Таким образом, либер-панк - это внеправовая, внелегальная надстройка над приватизированными сегментами советской экономики, связанными с экспроприированной у населения народной (государственной) собственностью на недра. Социально-экономически либер-панк - это организация проедания того, что осталось от позднесоветского общества, ограниченным небольшим процентом населения, социальное гниение.

Рано или поздно любая власть РФ должна будет решить: сливаться полностью с либер-панковской «надстройкой» или срезать ее, как это было сделано с нэпом...

НОВЫЙ ЧЕЛОВЕК КАК «СВЕРХЗАДАЧА»

- Как правило, из социальных кризисов выходят не на пути имперского строительства - это может быть следствием, а на пути создания (возникновения) нового человека. Возникновение христианства, протестантизма и (во многом) советского коммунизма - наглядные примеры. В спорах, развернувшихся в начале XVI века в Германии по вопросу кто виноват, стороны разделились. Одни говорили: виноваты попы, истребить их. Другие утверждали: ничего подобного, виноваты миряне, из их среды на освободившиеся места придут новые жадные попы. Ответ, оказавшийся исторически адекватным, дал Мартин Лютер: «mea culpa» - «моя вина», «я виноват». И пока я не истреблю в своей душе зло и жадность, ничего не будет. В ходе протестантской революции родился, выковался новый человек, новый субъект, способный создавать новые системы, новые империи - что бы кто ни говорил, а по-настоящему эрой империй в строгом смысле слова было Новое время, приход которого возвестила «революция, происшедшая в мозгу монаха» (К. Маркс).

Я не за то, чтобы опустить руки - нам нужна мощная держава, но ее можно построить только с новым человеческим материалом, с новым человеком - не "хомо шкурник" (голубая мечта эрэфских реформаторов), а Homo, способный ставить надличностные неэкономические цели. Для этого нужна «перезагрузка матрицы». Со старым материалом державу не построить, в лучшем случае криминальную державку, которая, естественно, будет тормозом на пути возрождения истинной державы.

На все это можно возразить: Россия уже дважды - во время смут начала XVII и начала ХХ веков - попадала в ситуации, похожие на нынешнюю (с той лишь разницей, что тогда была прямая оккупация) - и ничего, вылезла. В ХХ веке не разлетелась на куски, как Австро-Венгерская и Османская империи, а уже в 1930-е годы обернулась «добрым молодцем» СССР, который не только сломал хребет Гитлеру, но и вопреки американским предвоенным расчетам стал сверхдержавой. Какой ценой - другой вопрос, замечу лишь, что все новые системы возникают кровавым образом, все молодые общества жестоки - к себе самим и к соседям. Иначе не бывает, и сталинская юность советского общества здесь не исключение, а правило, которым тычут в нос почему-то только русским, требуя покаяния от них, но не от англичан за кровь Британской империи и не от американцев за миллионы индейцев, негров и других народов. В ХХ веке СССР показал: возможна развитая техническая цивилизация на антикапиталистической основе, антикапиталистический Модерн. А еще раньше, в XVIII веке Петр I показал, что возможен русский паракапиталистический Модерн. Все так.

- Однако ситуации начала XVII, XVIII и ХХ веков, будучи похожи друг на друга, существенно отличаются от нынешней...

- Действительно. Выход из разрухи и смуты и становление новых структур - Московского царства, Российской империи и СССР происходили в относительно благоприятных международных условиях: в Европе, а в ХХ веке - в мире шла борьба за гегемонию, Запад не был един, и сильнейшим западным державам было не до нас. Но как только на Западе заканчивались войны, все замирялись и появлялся новый гегемон-объединитель, начиналось общезападное наступление на Россию в виде «горячей» (Крымская в середине XIX в.) или «холодной» (во второй половине ХХ в.) войны. Как правило, мы терпели поражение.

Нынешняя ситуация такова, что СССР (Россия) не только капитулировал(а) в «холодной» войне, но и имеет перед собой противника невиданной силы. Нам противостоит глобальная система во главе с США, в которую, вдобавок, вписаны - экономически, политически, психологически - верхние слои РФ. Как когда-то русские князья были «вписаны» в золотоордынскую систему.

Поэтому успешные исторические аналогии трехкратного подъема и возрождения России на сегодняшний день не работают. Одно из необходимых (хотя и недостаточных) объективных условий подъема РФ - новый раунд мировой борьбы за гегемонию, мировая смута, крах долларовой системы - разрушение нынешнего глобального порядка.

+1

7

«ЛИБЕРАЛЬНЫХ ИМПЕРИЙ» НЕ БЫВАЕТ

- Однако работа на слом глобальной системы упирается в проблему тех в РФ, кто обрел власть и богатство в 1990-е...

- У них двойственное положение: с одной стороны, в глобальной системе они - зависимый элемент, чаще всего - объект; с другой - они все же элемент этой системы, властно и экономически выигрывающий от ее функционирования (аналогичная дилемма, правда, несколько в ином разрезе, стоит перед Китаем).

Долгосрочные целостные интересы правящих слоев РФ (прежде всего интересы сохранения власти) требуют демонтажа нынешней мировой системы - триумф глобализации окончательно загоняет их в угол. Важным аспектом здесь является и то, что в нынешней - глобализирующейся - мировой системе послесоветские властно-экономические слои поставлены в жесткие рамки, а потому их поведение легко просчитывается, а следовательно - направляется. Ослабление, разбалансировка современной мировой системы ослабит рамки, сделает их более проницаемыми, а потому увеличит степень свободы правящих групп РФ и сделает их менее предсказуемыми, что само по себе есть мощное оружие в мировой борьбе.

В то же время, краткосрочные частные интересы верхних слоев РФ заключаются в продолжении процесса глобализации, в сохранении нынешней системы. И это реальное противоречие, которое находит отражение как во внутренней, так и во внешней политике, более того - разводит и противопоставляет их. Укрепление державности плохо совместимо с рыночной трансформацией РФ, так как такая трансформация объективно ослабляет государство и укрепляет позиции тех, кто работает против восстановления державности. Державность России и рыночная система (капитализм) практически несовместимы как во внешнеэкономическом (сырьевая ориентация) и внешнеполитическом (слабость государства) планах, так и во внутреннем плане. Опять же - слабость государства, но в ином аспекте, ведущая к его распаду, и, что не менее важно, резкая социальная поляризация, формирующая раскол социума на два «уклада» (Ключевский), чуждых и враждебных друг другу до состояния «двух наций» (Дизраэли) со всеми вытекающими отсюда последствиями. Все это говорит о неизбежности выбора и, по-видимому, период 2008-2012 гг., самое большее - 2008-2016 гг. станет критическим моментом этого выбора, водоразделом.

За последние 5-6 лет немало сделано для восстановления державности, но, во-первых, мы пока что лишь отползли от края пропасти, у которого оказались после катастрофы 1991 г. Во-вторых, те сдвиги, которые налицо, еще более четко проявляют существующее противоречие между державностью и рыночностью («либеральных империй» не бывает, это - от лукавого).

Слабая, сырьевая экономика и зависимые верхи - плохая комбинация. У СССР была намного более сильная экономика, чем у РФ, однако проблема верхов антикапиталистической системы, интегрированных в капсистему по линии потребностей (а, следовательно, и психологии) сыграла решающую роль в крушении СССР. Да, советская экономика переживала кризис; да, гонка вооружений была тяжелым бременем. Но дело здесь не столько в экономике, сколько в социальных интересах группы, системообразующей для данной системы. Объективная причина гибели (а точнее - сдачи и гибели) СССР[4] - не в экономике, а в социальных интересах активной части его верхних слоев, тесно связанных с Западом. В эпоху массовых обществ исход борьбы, в конечном счете, определяется результатом схватки властных и интеллектуальных элит, воплощающих целостность своих обществ. СССР так и не смог сформировать антикапиталистическую целостную верхушку. С середины 1950-х годов советские верхи прочно подсели на западную иглу в удовлетворении материальных и культурных потребностей. Запад с помощью «хищных вещей века», прежде всего бытовых, которые СССР не производил - он не был ориентирован на роскошь, - аннексировал у советской верхушки главную социально-психологическую сферу - сферу потребностей. Это означало разрыв социальной целостности, целостности совокупного общественного процесса: одна из фаз этого антикапиталистического процесса у его верхов была присвоена капитализмом со всеми вытекающими последствиями.

Западная (американская) массовая культура, которую Зб. Бжезинский правильно называет одним из мощнейших видов оружия США в борьбе за мировое лидерство, западная мода (от одежды до музыки) - все это, вторгаясь в совсистему через ее верхи, подрывало ее. Интеллектуальная обслуга верхов с 1960-х годов (об этом те из них, кто дожил до наших дней, говорят и пишут не стесняясь) начала активно внедрять в свои аналитические записки и работы элементы западной социологии, политологии, экономической теории. То есть начала смотреть на мир глазами главного противника, косвенно - приняла его позицию, а следовательно - его правоту. Отсюда - неизбежное поражение. Наша нынешняя ситуация - результат поражения советской верхушки, но на этой пораженческой основе, а не на ее преодолении сформировалась верхушка постсоветская. Остается лишь надеяться на негативный опыт, на то, что за одного битого двух небитых дают.

- Действительно, правящая верхушка СССР не использовала в борьбе и четверти накопленных в стране возможностей и резервов - в виде промышленных возможностей, человеческого капитала высшего сорта, разработанных технологий всех видов, промышленных и военных возможностей, геополитических позиций. А все потому, что млела перед Западом, была очарована им. Впрочем, не так ли было и до советской эпохи, в случае с русским дворянством, с его низкопоклонством перед Европой?

- То, что советская верхушка в 1970-1980-е годы не использовала материального и научного потенциала страны в борьбе на мировой арене, это естественно. В массе своей некомпетентная, тупая и трусливая, она плохо представляла эти возможности. Будучи сытой и ленивой (а зачем напрягаться - нефтяные деньги капают - и хорошо!), она и не хотела это делать. Более того, упор на развитие высокотехнологических областей объективно угрожал и сырьевому «сектору» (многие добавляют сюда и атомный), уже крепко повязанному с Западом и, самое страшное для номенклатуры, выводил на первые властные рубежи новые социальные группы, делая партноменклатуру если не лишней, то второстепенной. Ясно, что на такое эта группа пойти не могла.

Что касается дворянства, то во многом дело обстоит именно так, как вы сказали. Вестернизация русского дворянства, стартовавшая в XVIII веке, привела к формированию «двух укладов», представители которых противостояли друг другу как по сути представители двух различных этнических групп. Именно этим во многом объясняется крайняя жестокость гражданской войны. Революция сняла противоречие между двумя укладами. Новая система возникла как целостное противостояние Западу, капитализму, которое, однако, с середины 1950-х годов стало слабеть.

Сейчас принято высмеивать Сталина за тезис о построении социализма в одной стране. Но Сталин имел в виду не просто страну, а страну - мировую систему, обособленную от капиталистической и развивающуюся как альтернативная, антикапиталистическая система - по своим, не рыночным законам и, самое главное, не конкурирующая с капитализмом на его поле (мировой рынок) и по его правилам. СССР должен был стать и новой системой, и новой цивилизацией, и новой - протоглобальной - общностью. Так он и развивался до середины 1950-х годов, пока совноменклатура не решила интегрироваться в мировую систему. Отмечу здесь две причины этой интеграции. Во-первых, поскольку номенклатура превращалась в квазикласс, ей не нужны были мировые потрясения, тем более что капсистема стабилизировалась и в мире появилось ядерное оружие. Отсюда - курс на мирное сосуществование и интеграцию в мировую экономическую систему. Во-вторых, в середине 1950-х годов у советского руководства возникло убеждение, что оно сможет переиграть капиталистический мир на его собственном, т.е. на чужом для себя поле и по чужим правилам. С этого момента шансы СССР на системно-историческое поражение стали расти.

Справедливости ради надо признать: не только советские, но и многие западные лидеры 1950-1960-х годов считали, что СССР переиграет США, Запад в экономической борьбе. При гонке вооружений главной значимой формой интеграции СССР в мировой рынок могла быть преимущественно сырьевая, и СССР стал превращаться в военно-сырьевую державу, верхушка которой удовлетворяла свои материальные (а с какого-то момента и массовокультурные) потребности посредством западных товаров, о чем я уже говорил. В 1980-е годы совпали - и отлились в блок конкретных интересов групп, заинтересованных в развале страны - структурно-экономический кризис, усугубленный организованным по инициативе А. Хашоги - Р. Рейгана обвалом цен на нефть, кризис верхов и западное политическое давление.

Один из уроков гибели СССР и проекта Красного Модерна заключается в том, что правящая элита должна стараться жить антикапиталистически. Сталин (а впоследствии Мао в Китае) решал эту проблему, снимая целые слои номенклатуры («Мы снимаем людей слоями» - Л. Каганович). Однако такая технология власти работает только до тех пор, пока верхушка не отстоялась, не стала особой группой. Как только это происходит, начинается сопротивление, которое заканчивается свержением или уничтожением «прочесывающего вождя». Я уже не говорю о том, что чистки - ненормальная форма функционирования общества, ослабляющая и деморализующая его, ведь они распространяются сверху вниз, вызывая мощную волну снизу, которая приобретает самостоятельную логику и динамику и начинает «метелить» верхи снизу. Эффективных «точечных», селективных «чисток» пока что еще никто не изобрел. Проблема формирования верхов, адекватно воплощающих и реализующих антикапиталистический социум как целое, по-видимому, одна из наиболее серьезных проблем Красного Проекта, его конструкторов и архитекторов. СССР эту проблему не решил.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФОРМА РУССКОГО БУДУЩЕГО

- Значит, при строительстве новой, Пятой империи[5] нам следует, во-первых, перенести конкуренцию с противником на свое поле. Образно говоря, предлагать людям не «золотые унитазы», а нечто совершенно другое. Скоростной транспорт нового типа, связывающий материки. Новую чистую энергетику и доступное, качественное жилье. Новую, высокоэффективную и недорогую медицину. Методы развития способностей личности. Короче говоря, стиль счастливой, свободной и здоровой жизни. Будет у нас это - и унитазы нам принесут в обмен на возможность перенять у нас такую жизнь.

А во-вторых, нужно воспитывать правящую элиту высшего сорта, давая ей нечто, перед чем потребительские ценности капитализма померкнут. Покажутся дрянными дешевыми стекляшками в сравнении с алмазами. Может, то будут особые, сверхчеловеческие качества. Особый стиль жизни, опять же. Тот, что даст чувство превосходства над противником и внушит ответственность за судьбу людей своей цивилизации. Нужна элита, нацеленная не на темные стороны власти, не на уничтожение человечества, а на высокую миссию подъема своей страны.

- Я не представляю, как можно воспитать элиту нового типа в нынешних условиях. Будучи реалистом, я полагаю, рассчитывать можно только на то, что какая-то часть правящих слоев в своих интересах - то есть, в интересах борьбы за власть и ресурсы - будет вынуждена сделать державно-патриотический выбор и ликвидирует общество либер-панка. Так же, как когда-то группа Сталина ликвидировала НЭП - сверхкоррумпированную систему с сырьевой ориентацией, угрожавшую как внутренней, так и внешней безопасности СССР.

Отдельный разговор - Пятая империя. Скажу сразу: как историка, как ученого, старающегося оперировать понятиями, а не поэтическими метафорами, меня эта идея не убеждает. Когда мы произносим слово «империя», то эмоционально подразумеваем следующее: мощное централизованное государство, построенное на принципе исторической преемственности (СССР, Россия, Московия, Киевская Русь) и традиционных русских ценностях, центральное место среди которых занимает социальная справедливость (отсюда - социальная ориентация на деле, а не на словах, некапитализм). Это государство должно эффективно охранять и беречь русское пространство в его естественных границах.

Все это вовсе не характеристики только империи, это характеристики великой державы. Как правило, крупные империи - это великие державы, но не всякая великая держава - империя. Начнем по порядку. Откуда «Пятая» империя»? СССР не был империей, он был принципиально новой и намного более интересной конструкцией - протоглобальным сообществом, как и США, только антикапиталистическим. Превратиться в глобальное не получилось ни у нас, ни у них - по разным причинам. Никогда не была империей Киевская Русь. Империей в формальном смысле слова было Петербургское самодержавие. Но оно рухнуло, поскольку время классических империй ушло, и его не повернуть вспять - в истории ничего нельзя реставрировать. Это - первый момент.

Второй момент заключается в том, что империи всегда вознаграждали имперский, «метропольный» народ. Но это не ситуация Российской империи (Петербургское самодержавие), которая так допекла русских, что они - прежде всего они, а потом уже масоны, евреи, немцы, англосаксы, кто угодно - ее разрушили[6]. СССР - если считать его «Четвертой империей» - вообще стартовал как антирусская структура, ситуация начала меняться лишь к середине 1930-х годов и то частично. В течение всей истории СССР отсталые национальные республики развивались за счет более развитых русских регионов. Только славянские республики, прежде всего РСФСР тратили меньше, чем зарабатывали, остальные тратили намного больше, живя за счет (велико-, мало- и бело-) русской помощи. И в 1960-е годы это принесло свои результаты, выразившиеся, в частности, в подъеме экономики, культуры неславянских республик. Однако национальное возрождение республик обернулось национализмом и антирусскими настроениями, которые местные кадры раздували с 1980-х годов. Как говорится, «не делай добра...». В послевоенный период коммунистическая власть не была русофобской, как в 1920-е годы, но она стимулировала развитие прежде всего нерусских народов и весьма опасалась русского национального возрождения, «расизма».

Не могу не процитировать В.Д. Соловья: «Как "старая" империя, так и Советский Союз существовали и развивались, опираясь не только на материальные ресурсы и биологическую силу русских, но и, не в меньшей степени, на их символические, моральные, экзистенциальные ресурсы. Проще говоря, у русских брали потому, что они внутренне были готовы отдавать, а когда эта готовность иссякла, улетучился и Советский Союз».

Таким образом, русские, державообразующий, метропольный народ, и в «старой» империи и в СССР не только не грабили, не эксплуатировали окраины, как это имело место в империях Запада и Востока, но развивали их, отдавая свое, и зачастую жили хуже «меньших братьев». В российской империи поляки и финны получили конституцию, когда русские и мечтать об этом не могли; крепостное право в Прибалтике отменили раньше, чем в России; о роли немцев («Назначьте меня немцем, государь»), кавказцев и других при дворе я уж и не говорю. И это называется «империя»? А как же тогда называть империи, в которых метрополия жила за счет колоний, периферии? Певцам «белого» и «красного» имперских проектов я бы порекомендовал задуматься о судьбе русских в этих проектах.

Третий момент. Империя есть политическая форма. То, что называют «империей», «имперскостью» в России имеет отношение прежде всего к социальной организации, к социальной ткани. Это в большей степени способ социальной организации, организации народа как «текучего элемента русской истории» (Ключевский); «имперскость у нас - это социальная ткань пространства (в этом плане отдаленный аналог Российской империи - Римская). Поэтому, в отличие от Запада, крушение русских «империй» влекло разрыв социальной ткани и восстановление «общества» было синонимом восстановления «империи», а точнее было бы сказать державы или русской власти как единственной формы организации, адекватной русскому пространству.

В русской истории пространство играет особую роль. По сути именно оно (количественно и качественно, т.е. как тип ландшафта) - одно из главных, если не главное, богатство (и оружие) русских. И уж точно главная русская субстанция, по поводу которой складываются властные и социальные отношения. С этой точки зрения, защита русского пространства есть автоматически защита властной и социальной организации - и наоборот. Тип экспансии, характерный для русских, - не завоевание, а, как верно отмечает В.Ю. Царев, обживание, что, однако, не исключает и завоеваний. Тем не менее, в отличие от англосаксов, мы не ставили задачу физического истребления местных этносов и, в отличие от китайцев (ханьцев), не поглощали и не растворяли их в себе этнодемографически.

«Империя» была формой жизни-обживания русскими евразийского хартленда, причем русские оказывались «победителем, который не получал ничего», и до определенного времени русское население готово было с этим мириться. Однако с какого-то момента империя начинала высасывать из державообразующего народа все соки, власть отчуждалась от народа и уничтожение такой власти, особенно если она и в сфере культуры воспринималась как чуждая, нарушала негласный «морально-экономический» общественный договор, становилось вопросом времени. Хрупкий баланс между «имперскостью» как способом освоения пространства и удержания его не только как территории, но и как ценности («русская земля»), с одной стороны, и тяжестью материального и психоисторического бремени, с которым готов был мириться русский народ, нарушался - и хребет «империи» ломался. Русские готовы были терпеть «державу» как необходимость, даже если она была жестокой, но не как несправедливое и чуждое бремя. Впрочем, хребет ломался и потому, что в глазах населения, прежде всего русского, власть оказывалась не только паразитом (т.е. чем-то несправедливым), но и слабым паразитом, не способным к противостоянию внешним силам.

Защита, сбережение не только народа, но и пространства - одна из главных задач. Решение именно ее - проверка жизнеспособности властных конструкций. Здесь РФ в ее нынешнем - рыночно-административном - состоянии не представляется жизнеспособной конструкцией. Рынок по определению разрывает русское пространство, Россия как рыночное государство невозможно. Невозможно государство Россия и как элемент мирового рынка, тем более - зависимый, сырьевой. Мы это уже проходили с пореформенной Россией - двух Александров и одного Николая. Кончилось все финансово-экономической зависимостью от Запада и революцией, разорвавшей эти путы.

У меня нет ощущения, что РФ в ее нынешнем состоянии сможет эффективно противостоять внутреннему сепаратизму и внешнему давлению (экономическому, политическому, демографическому, социокультурному), а ведь русское пространство - земля и вода - не менее, если не более ценный ресурс, чем нефть, газ или алмазы.

- Значит, задача новой русской империи - настолько подняться в качественном отношении, чтобы воевать не числом, а умением. Чтобы сохраниться и развиться, обладая даже небольшим населением!

- Желательно все-таки, чтобы население было большим, ну а бить противника надо всегда по-суворовски, тем более что русских становится меньше, причем не только за счет сокращения рождаемости, как это происходит с населением Запада, но и за счет роста смертности, в основном мужиков в возрасте от 20 до 60 лет. И это тоже системная социально-демографическая черта РФ.

- Значит, новая империя - извините за метафору - не должна больше вычерпывать жизненные силы русских. Мы не должны жить менее богато, чем соседи по империи, и платить жизненными силами за стабильность сверхдержавы. Раньше так происходило из-за несовершенства доиндустриальных и индустриальных технологий. Тогда русским приходилось рвать жилы на заводах и стройках, пока малые народы рожали детей. А технологии следующей эры эту проблему снимут начисто! Грядет эра безлюдных производств. А те блага (например, жилища), что в индустриальную эру стоили очень дорого, с помощью новых технологий станут дешевыми. И тогда русские смогут строить империю, богатея и размножаясь!

- Звучит прекрасно. Но как совместить технологический рывок с господством сырьевых элит - вот в чем вопрос. Как осуществить русский властно-технический реванш в глобальном мире, где русские - не субъект, а объект? В мире, который мы плохо знаем? Парадокс, но в начале XXI века мы плохо ведаем, как устроен и работает современный мир (на уровне теоретического осмысления, концептуальной информации - почти не знаем). Мы плохо знаем собственную страну в ее прошлом и настоящем, а следовательно, едва ли можем адекватно прогнозировать будущее. Наконец, мы плохо представляем себе логику и механизм функционирования России в мировой системе. Более того, за последние 15-20 лет, в ходе и после горбачевско-ельцинской катастрофы, мы, похоже, вообще прекратили работу по концептуальному анализу мирового развития в его трех временных ипостасях, а перешли на экспорт западного интеллектуального старья - целый сонм брокеров и компрадоров от науки делают себе на этом имя и деньги.

Необходимое условие рывка - адекватное знание о мире и о самих себе, о нашем настоящем и прошлом, его демифологизация. Нам необходим безжалостно-честный по отношению к самим себе, принципиально новый тип социально-исторического и гуманитарного знания, отражающий русские опыт, ценности и интересы. Наши - а не чужие, обслуживаемые у нас либер-панковской «пятой колонной» экспертов-компрадоров с психологией смердяковых. Знание не создается империями, это империи создаются знанием, которое - сила. Знание создается Академиями (не путать со структурой РАН, близкой к состоянию «жизнь после смерти»). Сначала ум, а потом сила. А между ними - воля.

Завершая, скажу: вообще-то неважно, как будет называться новая Россия - Пятая империя, Новая держава или иначе. Главное не в этом. Это должна быть великая держава, адекватно вознаграждающая державообразующий народ, который строил ее в течение столетий и сегодня впервые за последние 400 лет составляет более 80% населения - как ханьцы в Китае. Это должен быть строй, воплощающий традиционную русскую ценность - социальную справедливость. А еще власть, обладающая крепкой броней, быстрыми танками и ядерным оружием нового поколения, а потому способная охранить и сохранить русское пространство и живущие на нем народы, обеспечить им достойную их жизнь.

Будут ли нас любить? Скорее всего - нет. Сильных не любят. Да нам и не надо. Самое главное, чтобы мы уважали сами себя, свою историю - вопреки всему очернительству. Чтобы всегда могли объяснить другим, что надо нас уважать. А руководством к действию должна стать замечательная поговорка англосаксов: «Right or wrong, my country» («Права или неправа - но это моя страна»).

Иными словами, если «Пятая империя» окажется эффективным политическим лозунгом восстановления социальной (народной) державы и позволит нам выйти из своего кризиса, преодолев национально-религиозную фазу Смуты, а затем проскочить и глобальный - пусть будет Империя. Хотя я предпочел бы Державу.

Беседовал Максим Калашников

RPMonitor.ru

13.11.2006 г -21.11.2006 г.

[1] На наших глазах привычный нам мир меняет свои очертания. Цивилизация глобального потребления стремительно движется к своему финалу, вползая в эпоху глубочайшего и многослойного кризиса. Какие цели в этот период должны ставить перед собой мы? Имеем ли мы право ограничиться лишь тем, что диктует инстинкт самосохранения? Очевидно, наши задачи - иного плана. Перед лицом наступающего кризиса мы должны думать не только о том, чтобы выжить, но и о том, чтобы победить. А для этого нам нужно знать этот мир в его настоящем и прошлом, видеть его реальные проблемы в системно-исторической ретроспективе. В контексте заявленной RPMonitor темы наступления глобального кризиса мы предлагаем читателям цикл бесед с известным русским ученым и публицистом Андреем Ильичем Фурсовым, директором созданного в 1997 г. Института русской истории РГГУ. Отметим, что наш собеседник - автор известных работ о русской истории и русской власти, об истории капиталистической системы и Востока, о геополитике и глобализации, о мировых войнах и идеологии, уделяет в своих трудах особое место проблематике макроисторических кризисов.

[2] Весьма спорное, мягко говоря, суждение, которое справедливо лишь по отношению к Польше, частью которой владела Российская империи с 1815 по 1915 год. В правовом отношении эти земли оставались в составе российского государства до 1939 года (прим. ред. ЗЛ).

[3] Характеристика кризиса русского государства в конце XX столетия менее всего может быть выражено термином «крушение».

[4] Крушение или гибель СССР - все-таки метафора, а не понятия. Да, сложившееся после 1917 года общество в российском государстве погибло в 90-е годы, разложилась и исчезла центральная государственная власть, но не государство Российское. Нечто подобное происходило в начале XX столетия и во времена Смуты.

[5] Россия не Франция, и строительством множества империй или республик не занимается. Изобретение главного редактора газеты «Завтра», будем надеяться, останется фразой, лозунгом, и не более того.

[6] Вряд ли нужно смену строя, уклада, образа правление в государстве изображать как разрушение государства.

Журнал «Золотой Лев» № 95-96 - издание русской консервативной мысли

(zlev.ru)

А.И. Фурсов

http://www.zlev.ru/95_10.htm

0

8

Рукотворный экономический кризис. Передача 1. Ч-2

0

9

Рукотворный экономический кризис. Передача 2. Ч-2

0

10

Миравой кризис ,пирамида долгов часть1

0

11

Миравой кризис ,пирамида долгов часть2

0

12

"Сов-но секретно." М.Л.Хазин (чекистско-воровская экономика)

Передача была зимой 2009 года ...

0

13

СЦЕНАРИИ КРИЗИСА

Основной и единственной причиной обвального кризиса мировой экономики является перепроизводство основной мировой валюты – доллара США.

С 1971 г., когда была отменена привязка доллара к золотому содержанию, обеспечивающемуся золотым запасом США, доллары стали печататься в неограниченных количествах. Покупательная способность доллара обеспечивалась не только ВВП США (как это происходит в каждой нормальной стране), но и ВВП стран всего мира.
Все бы ничего, но те государства, экономики которых стали обеспечивать силу доллара, никогда не имели и не имеют контроля за объемом эмиссии доллара. Этого контроля реально не имеет и правительство США. Таким правом обладает только ФРС США.
Федеральная Резервная система США (иными словами Центральный Банк США) – это частная организация, принадлежащая 20-ти частным банкам США. Это их главный бизнес – печатать мировые деньги. Чтобы достичь этого, нынешние владельцы ФРС затратили много и времени – десятилетия, а точнее – столетия, и усилий – здесь 1-я и 2-я Мировые войны и Бреттон-Вудские соглашения 1944 г. и т.д. и, конечно, само создание ФРС в 1907 году. /* неверно, в 1913м - greenkrokodilla */
Таким образом группа частных лиц окончательно получила право выпускать в обращение доллары, определять объем, сроки выпуска и т.д. С 1971 г. по 2008 г. объем долларовой массы в мире вырос в десятки раз, превзойдя во много раз реальный объем товарной массы в мире.
Такое положение дел было исключительно выгодно, в первую очередь, владельцам ФРС как частной организации, во вторую очередь – самим США как государству. О выгодах владельцев ФРС мы скажем чуть позже, а к числу выгод США относится возможность вообще с 1944 года, а особенно с 1971 года, т.е. в течение 37 последних лет жить не по средствам, т.е. в значительной мере за счет остального мира.

Так ВВП США составляет 20% от мирового ВВП. Правда эта цифра не является полностью верной, т.к. в объем своего ВВП Соединенные Штаты засчитывают ряд показателей, например стоимость некоторых разновидностей услуг, которые другие страны в ВВП себе не засчитывают. Если пересчитать по общим правилам, то с 20% этот показатель уменьшится примерно до 15%. Ну да ладно, пусть будет 20%. А потребляют США – 40% от ежегодно производимого в мире. Вопрос для умеющих думать: если кто-то производит 20% (или 15%?), а потребляет
40%, то ведь за это кто-то должен платить?
Действительно платит, этот кто-то – остальной мир, который отдает Америке свои товары в обмен на необеспеченные бумажки. При этом происходит огромное перераспределение мировых богатств в пользу США.

Кстати, чем больше смотришь на происходящее в мире, тем больше убеждаешься, что ничто не ново в этом мире. Все либо было в истории, либо описано в сказках. Например, обмен реальных активов на фантики аналогичен тому, как за бусы и другую дребедень общей стоимостью 24 доллара у индейцев был куплен Манхэттен. А умение жить за счет других и быть при этом самым сильным, было описано в сказке о Филиппке, который сосал соки из других, более слабых растений.
В мою задачу не входит осуждение ФРС, Соединенных Штатов Америки, как государства или еще кого бы то ни было. Не нужно никого осуждать, просто надо увидеть мир именно таким, какой он есть на самом деле. Правдивая картина мира позволит понять, что происходит на самом деле, что будет происходить, и что можно сделать, чтобы кризис Вас либо вообще не задел, либо задел бы как можно меньше.
Возникает вопрос: а зачем ФРС нужно было производить долларов больше, чем нужно для нормального функционирования мировой экономики?
Действительно, если бы все страны, которые добровольно «встроили» свои экономики в механизм поддержания и обеспечения покупательной способности доллара, имели бы право осуществлять контроль за эмиссией доллара, то ничего плохого с экономикой мира не произошло бы. Реальная долларовая масса соответствовала бы тому реальному объему активов, которые должны были бы обеспечиваться долларами.

Но в том-то вся фишка, что, если ты частное лицо и имеешь право печатать доллар, обеспечиваемый экономикой всего мира, то, если конечно ты не святой, типа Матери Терезы, а банкиры ФРС не святые, то ты просто обязан начать перепроизводство доллара, так как это дает тебе фантастические возможности. Именно для этого ФРС и создавалась, именно для этого делалось все, чтобы доллар стал мировой валютой. Твое перепроизводство доллара, это твой и только твой товар. Причем самый лучший товар в мире. По прибыльности он
превосходит любые другие виды зарабатывания денег Наркотики, проституция, торговля оружием – просто забавы лохов по сравнению с возможностью выпускать доллар.
Эту возможность ФРС получила, точнее не получила, а заработала по праву.
На это право было затрачено огромное количество интеллекта (великолепнейших мозгов), огромное количество усилий, денег и годы напряженного труда, для этого были организованы несколько кризисов и пара мировых войн.

Идем дальше.

Перепроизводство доллара нужно, чтобы обогатиться (а зачем оно еще нужно?). На эти практически виртуальные деньги можно скупать совсем не виртуальную, очень даже реальную ликвидную собственность (компании, заводы, золото, другие активы).
Часть денег нужно тратить на поддержание силы США. Владельцы ФРС – это мозг. Но мозг, даже с деньгами, практически беззащитен перед грубой силой. Поэтому мозгу нужно очень сильное, но не просто сильное, а самое сильное в мире тело. Таким телом и является США. По этой причине не жалелись деньги на то, чтобы тело имело самую сильную армию в мире, самый сытый в мире народ.
Поэтому всегда оплачивались дополнительные, не заработанные экономикой США, объемы потребления товаров народом США.
Кстати, значительные средства тратились на обеспечение «доступных» кредитов – потребительских, в том числе на жилье. Т.е. ты еще не заработал ничего, но тебе уже дали дом, машину и т.д. Правда под обязательство работать на погашение кредита 30 лет. Оплачивать все это (выдавать огромные объемы кредитов) можно было только за счет необеспеченной эмиссии доллара. При этом те, кто «в теме» (владельцы ФРС) прекрасно знали, что возвращать эти деньги потребителю в полном объеме не придется, т.к. наступит этап «контролируемого
обрушения» и все изменится, в том числе рухнет и доллар.
Но это будет потом, а пока: в 1970-е., в1980-е, 1990-е годы – все хорошо, до контролируемого обрушения еще есть время.

Кстати, часто слышу, как многие злорадствуют:
– Ура! Доллар упадет, экономика США рухнет и это будет крахом США!

Надо понять одно – мозгу по большому счету глубоко плевать на тело.
Мозг создал для себя тело, но он не кардинально связан с телом, он может создать еще несколько тел. Мозг никогда не проиграет, если одно из тел придется умертвить, либо сильно ослабить. Да мозг лишь частично базируется в США, остальные части мозга находятся в Англии, Франции, Италии и т.д.
Кстати, сейчас мозг взамен одного тела, создаст еще тела – многополярный мир. Одним из новых тел будет Россия. Возможно, что это новое тело будет существовать в виде союзного государства России, Белоруссии, части Украины и, может быть, Казахстана.
То, что будет осуществлено усиление и укрупнение России – это почти наверняка т.к., к каждому новому полюсу мира (телу) у мозга есть определенные объективные требования – по численности населения, по территории, по мощности экономики, по военной мощи. В предстоящем усилении России, к сожалению, нет никакой заслуги самой России, но это отдельная тема.
Вернемся к ФРС.

Чтобы необеспеченная часть эмиссии долларов не давила на товарный рынок и не вела к обесцениванию доллара, что неминуемо будет происходить, если долларов в обращении будет значительно больше, чем товарных активов в мире, гениальные умы владельцев ФРС придумали великолепные по эффективности способы связывания, замораживания значительной части долларовой массы в виртуальном товаре.
В первую очередь для этого был использован фондовый рынок. Из обычного нормального, он был превращен в значительной степени виртуальный. Действительно, акции предприятий стоят денег. Но главная и почти единственная инвестиционная ценность акций на нормальном рынке определяется прибыльностью предприятия, т.е. возможностью получить доход в виде части прибыли предприятии, распределяемой между акционерами. Стоимость акций тем выше, чем выше ежегодная прибыль на вложенный капитал. Так обстоит дело на нормальном фондовом
рынке.

На виртуальном фондовом рынке ситуация будет другая. Вам объяснят, что прибыль имеет третьестепенное значение. Те 2, 3, 4 или 5% прибыли, которую зарабатывает корпорация и распределяемые между акционерами 10, 20 или 50% этой прибыли особого значения не имеют.
Главное – рост капитализации, и ,соответственно, рост стоимости акций. Важно, чтобы росла стоимость Вашего пакета акций. В этом главный доход инвестора. На самом деле, в этом главная фишка для лохов. И не надо расстраиваться, что в числе лохов оказались очень умные и сильные люди. На самом деле нас обманывают настолько, насколько мы сами хотим обмануться. К сожалению, это правило универсальное, действует без исключений и распространяется, в том числе на самых умных людей.
На виртуальном фондовом рынке происходит следующее:
Вот бизнесмен заработал один или несколько миллионов долларов. Он начинает думать, куда вложить деньги: к примеру, построить новый завод. Для этого надо придумать качественную продукцию, которая будет пользоваться спросом, найти землю для строительства, построить непосредственно сам завод, нанять персонал, обучить его, купить сырье, произвести продукцию, прорекламировать ее, продать и т.д. Это большие затраты личного труда, времени, нервов, а в результате будет получено лишь несколько процентов прибыли на вложенные
деньги. При этом труд и силы нужно вкладывать постоянно, каждый день, каждый месяц и каждый год. Но здесь появляется альтернатива – «сладкий» фондовый рынок. Ничего не надо делать. Нужно только заплатить деньги и купленные пакеты акций будут ежегодно расти в цене, а, точнее, тебе будут «рисовать» ежегодно 10-15% к первоначальной цене. Никакой особой «головной» боли, никаких особых затрат, сил, энергии и ума.
Все просто и понятно, как бесплатный сыр в известном техническом устройстве. Ну как здесь не обмануться и не начать верить всяким экономическим «гуру», объясняющим, что главное не прибыльность предприятия, а рост курсовой стоимости.

Действительно, для тех, кто превратил фондовый рынок в виртуальный, это на самом деле главное, т.к. фондовый рынок, основанный на оценке акций, исходя из действительной прибыльности предприятия, может «утилизировать», «связать» доллар в объемах в десятки раз меньших, чем рынок, основанный на росте курсовой стоимости акций. Для организаторов виртуального фондового рынка это по-настоящему важно, т.к. счет идет на десятки триллионов долларов.
Кстати, опционы, фьючерсы и тому подобная фондовая дребедень – из этого же спектакля под названием «виртуальный фондовый рынок».
Поэтому, облегчая себе жизнь, было выгодно обманываться даже очень неглупым бизнесменам и верить в фондовый рынок. На самом деле, на таком рынке реально заработанные нелегким трудом деньги превращались в виртуальные.

Для тех же, кто придумал эту фишку с фондовым рынком, кроме задачи «оттягивания» долларов, такой рынок одновременно решал и другие фантастически выгодные задачи, давал возможности огромных заработков.
Потому, что если ты контролируешь ключевые моменты этого рынка, имеешь значительные средства (если вы печатаете доллары, с деньгами у вас проблем нет – всегда можно дать самому себе любого размера кредиты на практически неограниченный срок), сам организуешь новости, на которые будет реагировать рынок и сам определяешь время и порядок подачи этих новостей, то ты будешь зарабатывать фантастические деньги. При этом, для тебя эти деньги, в отличие от лохов тоже пытающихся играть на бирже, будут совсем не виртуальными
и реальная прибыльность у тебя будет не 10-15 виртуальных процентов, а реальные 40, 50, 60,…,100%. И так из года в год.

Главное – это то, что ты точно знаешь, когда ты обрушишь этот рынок, перед этим выведя свои деньги. А пока ты будешь из года в год скупать контрольные пакеты по-настоящему прибыльных предприятий, чтобы, когда все рухнет, то очень большая часть реальных активов останется у тебя в руках.
Для остальных игроков фондовый рынок сравним с игрой в русскую рулетку, только в более жестком варианте: когда из 6 ячеек в барабане револьвера занято патронами пять. Это тоже игра, и в ней даже будут выигравшие лохи, но их будет совсем немного, т.к. результаты определены исходными условиями игры.

Реально фондовый рынок обеспечен деньгами только на 1-2%. Т.е. только 1-2% денег инвесторы смогут вывести без потерь, т.к. этот рынок виртуальный и с момента его создания не предусматривалось, что инвесторы смогут массово с него уйти и вывести хотя бы то, что они реально платили при входе.
Это как банк, из которого вкладчики решили забрать деньги. Такой банк сразу становится на грань банкротства. Но, у нормального банка должны быть активы, превышающие его обязательства и, когда банку не хватает наличности вернуть деньги клиентам, то на недостающую сумму банк обязан отдать средства от реализации активов, чтобы выполнить обязательства перед клиентами. В любом случае банк
вернет вкладчикам хотя бы 80-90 % денег.
А на фондовом рынке ничего этого нет, здесь никто никому ничего не должен, отдавать ничего не собирается и никогда ничего не отдаст.
Дно фондового рынка – это реальная стоимость акций, определяемая реальной прибыльностью предприятия. Эта стоимость в десятки раз меньше стоимости акций на виртуальном рынке.
Поэтому, когда говорят, что США направят 700 млрд. долларов на спасение фондового рынка, а эксперты говорят, что этого должно хватить – у меня это вызывает улыбку.
Чтобы спасти виртуальный фондовый рынок нужно напечатать 100 трлн. долларов, на всю стоимость этого рынка. Но если их напечатать, то доллар рухнет раз в 10-ть. Поэтому, спасать фондовый рынок в таком виде, в каком он существовал последние десятилетия, никто не собирается. Это просто физически невозможно.
Он уже сыграл свою роль, выполнил задачи, которые ставились перед ним и больше не нужен его создателям.

Конечно, создатели этого рынка люди очень умные и будут до определенного момента показывать, что на рынке идет борьба за его спасение, и он иногда, на несколько дней будет расти (кстати, на этом опять и опять можно будет зарабатывать создателям этого виртуального рынка, т.к. именно они определяют время и объемы роста). Так что в этой игре посторонних выигравших быть не может.
Кстати, вы никогда не задумывались, что на самом деле говорят Вам «умные» эксперты и не менее «умные» аналитики с экранов телевизоров о причинах роста или падения курса акций или нефтяных котировок?

Например, кто-то с умным видом говорит Вам на канале «Вести» (или на любом другом западном канале) о том, что цена на нефть выросла на 10$ за баррель, т.к. была обнародована информация о том, что запасы нефти в нефтехранилищах США оказались на 1 млн. баррелей меньше, чем ожидалось. Кто и в каком объеме «ожидал», и почему уровень этих «ожиданий» должен являться отправной точкой для оценки публикованных запасов? На это никто не пытается ответить, но это другой вопрос из этого же спектакля.

Сначала о самом этом 1 млн. баррелей. Для марки Brent это примерно 131 тысяча тонн (грубо – около 2500 ж/д цистерн нефти). На самом деле это тот объем нефти, который США потребляют за 1 час. В 2005 г. в сутки США потребляли около 21 млн. баррелей нефти. Сейчас – около 24 млн. баррелей. 1 млн. баррелей равен 1/8760 части от годового потребления нефти Соединенными Штатами или примерно 0,012% годового потребления. В деньгах этот миллион стоит 100 млн. долларов (при цене 100 долларов за баррель). Причем, эти 100 млн. долларов не потеряны, они никуда не делись, не исчезли. Их просто не успели довезти до нефтехранилищ. Кстати, не факт, что не успели довезти, и их действительно пока еще нет в хранилищах. Просто есть информационная новость для рынка. Эта «шокирующая новость» вызывает рост стоимости объема добываемой за год в мире нефти на 228 млрд. долларов (10 долларов ? 7,6 барреля в тонне ? 3 миллиарда тонн).

Сами можете оценить умственные качества «экспертов», объясняющих Вам, почему выросла цена на нефть на 10 долларов за баррель. Это же касается 99% любых других новостей от финансовых экспертов с фондовых рынков. И теперь сами можете прикинуть, кто и сколько заработал на этой новости.

Теперь о высокой цене на нефть.
В последние 8-10 лет единственной причиной высоких цен на нефть было только то, что высокие цены в этот период решали те же самые задачи, что и фондовый рынок – связать долларовую массу, но, в отличие от фондового рынка, в реальном товаре.
Нефть – идеальный выбор для связывания огромной массы денег. Можно ошибиться в выборе объекта и повышать цену на товар, который в случае излишне высокого повышения цены покупатели откажутся покупать. Нефть – это практически единственный товар, от покупки которого никто никогда не откажется. Даже рядового гражданина, ездящего на своем автомобиле, практически, невозможно опять посадить на трамвай или на метро. Он предпочтет остаться полуголодным, но на сэкономленные деньги он купит бензин и будет продолжать пользоваться
автомобилем. Кстати, 69% нефти перерабатывается в бензин и дизтопливо. При этом, нефтью связываются деньги не только больших компаний, но и простых граждан, так как в последние 10 лет и у простых граждан стало слишком много денег на руках, и эти средства тоже стали представлять преждевременную опасность для доллара – основного товара владельцев ФРС.
Кроме прямого связывания нескольких триллионов долларов, высокие цены на нефть являются и идеальным средством роста цен на все остальные группы товаров (продовольствия, продукции машиностроения и т.д.), т.к. везде в ценах есть энергетическая и транспортная составляющая.
Такой дополнительный рост цен ежегодно давал возможность связывать еще несколько триллионов долларов.
Так что, единственной причиной крайне высоких цен на нефть в последнее десятилетие была прямая заинтересованность в этом США, вернее тех, кто печатал доллар. Нужно было на несколько лет оттянуть обрушение пирамиды и хорошо подготовиться к «контролируемому обрушению» мировой экономики.
А чтобы высоко задрать цены и дать этому убедительное объяснение и была организована война в Ираке якобы для получения «дешевой нефти». Американцы туда пришли вовсе не для контроля над его нефтью, а для того, чтобы нефть Ирака несколько лет не попадала на рынок, и нестабильность в этом регионе способствовала росту мировых цен на нефть.
Идем дальше.

Очень смешно было наблюдать весной-летом 2008г. за сообщениями, что специальная комиссия в США ищет спекулянтов на биржах, которые виноваты в излишне высоких ценах на нефть, от которых страдает экономика США. Кстати, спекулянтов так и не нашли.
Не стоит осуждать владельцев ФРС США. Просто это очень умные люди, создавшие себе большие, просто фантастические возможности (и финансовые, и политические, и военные) чтобы влиять на наш мир. Они не обязаны брать на себя обязанности Бога и заботится обо всем человечестве. Они на это не подписывались и таких обязательств не имеют ни перед кем. Они просто делают свой бизнес и создают себе механизмы для роста и процветания этого бизнеса. Цель этой статьи не осуждение кого бы то ни было, цель – показать мир таким,
каков он есть и помочь сберечь деньги тем, кто своим тяжелым трудом заработал и накопил достаточно небольшие по нынешним меркам деньги: от 100 тысяч до 1-2 миллионов долларов. Под подушкой сберечь эти деньги не удастся. Но об этом чуть позже. А пока продолжим.

Кстати, знаете ли Вы, как определяются так называемые «биржевые» цены на золото?
Вы думаете, что идут торги на золотой бирже и баланс цен предложения и спроса является биржевой ценой? Ошибаетесь. Цена на золото определяется очень умными и уважаемыми людьми (пишу это без подколок, совершенно серьезно, т.к. люди, которые создали этот механизм, это, безусловно, очень умные и влиятельные).
Цена золота определяется членами семейства Ротшильдов, которые собираются в своем лондонском особняке и на основании биржевых заявок, «происхождение» которых знают только они, определяют сколько должно стоит золото. Кстати, я мысленно аплодировал им лет 6-7 назад, когда они потихоньку опустили цену на золото до 250 долларов за тройскую унцию. Потом, как по мановению волшебной палочки, появилась масса статей о том, что золото перестало выполнять функцию сокровища и обеспечения части золотовалютных запасов, что
от золота центральным банком надо избавляться. В результате центральные банки Швейцарии и Англии продали инвесторам по половине своих золотых запасов, если не ошибаюсь – что-то около 2 500 тонн, (попробуйте догадаться, кто их скупил). Причем, кажется, дело не обошлось только центральными банками Англии и Швейцарии. Я тогда не очень мог следить за ситуацией, т.к. у меня не было Интернета, а в газетах и журналах об этом писали мало.
Потом, в течение 3-х лет, цена на золото выросла более чем до 1000 долларов за унцию.
Сейчас она колеблется около 750-800 долларов, но не беспокойтесь, когда станет нужно, она быстро вырастет и до 2-х и до 3-х тысяч долларов за унцию. Вернее не долларов, а каких-то других денег, которые придут на смену доллару.
Каждый может представить, что было бы для него в плане личного благосостояния, если бы он имел право определять цену золота для всего мира. Нужно ли было ему еще заниматься каким-либо бизнесом или этот бизнес стоит всех других видов бизнеса вместе взятых?

Теперь надо сказать о том, что происходит сейчас в мире, и что будет дальше.

Сейчас происходит «контролируемое обрушение». Надо понять, что для создателей виртуального фондового рынка ничего страшного не происходит. Все идет по плану. Этот этап «контролируемого обрушения» также должен принести огромные прибыли и усилить позиции владельцев ФРС во всем мире. Этап обрушения неизбежен, т.к. законы физики никто не отменял, и любая финансовая пирамида обязательно обрушится. Это египетские пирамиды могут стоять столетиями, а финансовые пирамиды обязательно рушатся.
Она бы обрушилась чуть позже, через 2-3 года сама, но тогда процесс стал бы неконтролируемым и мог причинить вред интересам создателей пирамиды. К контролируемому обрушению шла активная подготовка многие годы. Все дело в том, что во время этого этапа необходимо будет скупить за бесценок важнейшие и самые прибыльные предприятия, а для этого необходимо будет жестко контролировать все финансовые потоки и иметь возможность пресечь те из них, которые будут угрожать интересам скупки предприятий (например, которые могут помочь продержаться до завершения кризиса интересному для скупщиков предприятию).

Была ли такая подготовка? Можем ли мы увидеть ее следы? Была.

В середине и второй половине 90-х годов практически исчезла банковская тайна. Официальный повод борьбы за отмену банковской тайны – необходимость борьбы с неуплатой налогов. Под угрозой того, что для банков Швейцарии и других стран, где декларировалось наличие банковской тайны, будут закрыты банковские рынки США, Канады и других стран, практически все государства отказались от банковской тайны, как таковой.
Но просто знать, что какие-то деньги куда-то и откуда-то идут недостаточно. Надо получить возможность, при необходимости, активно воздействовать на ситуацию. Следующим шагом стало – 11 сентября 2001 года. События, происшедшие тогда, решали целый ряд задач, но мы сейчас выделим только одну, интересующую нас в плане темы нашей статьи. В результате этих событий были приняты законы о борьбе с финансированием терроризма. Вообще-то нетрудно понять, что террористы почти всегда финансируются вовсе не через банки, да и для организации терактов нужны смехотворные суммы – обычно до нескольких десятков тысяч долларов.

На самом деле, главной целью принятия этих законов было создание механизма блокирования без решений судов на любой срок (хоть на 20 лет) любой суммы, если есть подозрения, что она якобы предназначается в конечном итоге террористам. Судебная процедура в данном случае неудобна – это долго, нужно представить доказательства, что это действительно террористические деньги, да и трудно контролировать огромную массу судов во всем мире. Так был получен реальный инструмент для воздействия при необходимости на ситуацию
при грядущем «контролируемом обрушении».

Покажу и другие элементы подготовки (на примере России):

Для этого нужно понять следующее: вы обратили внимание, где Россия все эти годы держала 90% средств, вырученных от продажи нефти по высоким ценам? Где размещались деньги стабилизационного (резервного) фонда России?
Правильно – в США. Эти деньги возникли у России из-за действий США в лице владельцев ФРС и, по справедливости, т.е. по «понятиям», России вообще-то не полагалось ими пользоваться. Очевидно, что главным здесь было не то, что все знали как поступить «справедливо», а то, что руководство России, имело и имеет только одну возможность – беспрекословно сделать, так как надо владельцам ФРС.

Почему это так – отдельная тема.

Помните, как российские политики и «эксперты» несколько лет подряд объясняли, что сразу тратить нефтяные деньги на нужды России нельзя, т.к. это вызовет «ужасную» инфляцию. Надо несколько лет подумать, как их тратить, определить президентские программы, приоритеты и лишь потом очень осторожно можно начинать забирать деньги из США и тратить.

Почему США могли десятилетиями тратить триллионы необеспеченных долларов на свое потребление и это никогда не вызвало «ужасной» инфляции – это «эксперты» нам не объясняли.
Конечно, откуда «экспертам» могло прийти в голову, что если не проедать эти деньги, а тратить их на строительство заводов и фабрик, которые будут производить товары, т.е. наполнять товарный рынок, то никакой дополнительной инфляции в России не будет. Слишком трудная задача для «экспертов» осознать это. Проще говорить, что велено: об опасностях «ужасной» инфляции, которая возникнет в результате «накачки» экономики России деньгами. Надо же было выполнять задачу, реального смысла, которой «эксперты» не понимали – обосновать, почему Россия держит в США все заработанное в результате высоких цен на нефть.

Когда в прошлом году Россия начала тратить деньги на президентские программы, я сказал своим друзьям: «Все ребята, ждать осталось недолго: России уже разрешили тратить деньги».
Ну, а уж когда в августе этого года стали падать цены на нефть, стало ясно, что задача по поддержанию их на высоком уровне решена и теперь начнутся основные события на виртуальном рынке акций.

Продолжим о том, как шла подготовка к контролируемому обрушению в России.

Для предстоящего осуществления успешной скупки важных активов важно было, чтобы крупные интересные предприятия не накопили к моменту обрушения рынков значительные денежные запасы в объемах, которые могли бы помочь им продержаться на плаву тот период времени, в который должно завершиться «контролируемое обрушение».

Возможный механизм создания таких скрытых резервов для предприятий – через неуплату налогов, через обналичивание.

Как вы помните, с 2000 года, а особенно с 2003 года, в России началась «беспощадная» борьба с олигархами, не уплачивающими налоги. Напугали их так, что например В. Аликперов дал жесткое указание своим финансистам платить все налоги, платить даже в тех случаях, когда бухгалтерская ситуация реально позволяет двояко толковать, нужно ли платить налог в конкретном случае. Посадили в тюрьму М. Ходорковского. Это была образцово – показательная посадка. Немногие из читающих эту статью знают, что Ходорковский был так называемым финансовым офицером Ротшильдов в России. Все олигархи знали, что Ротшильды таких вещей не прощают и ждали, что голова В.В. Путина в течение года полетит с плеч. Не полетела. Я думаю потому, что Ротшильды специально сдали Ходорковского. После этого всем стало ясно, что налоги надо платить. Именно на их уровне принималось решение о его посадке в интересах решения весьма важной задачи.

Те сверхприбыли, которые могли образоваться у нефтяных компаний от высоких цен на нефть, изымались с помощь акцизов и других налогов. Компаниям оставляли не более 20% от выручки, так чтобы было на что нефть добывать и совсем чуть-чуть жиреть. Поэтому обеспечение жесточайшего контроля за уплатой налогов было очень важной задачей. Необходимо было их собрать как можно полнее.

А куда шли собранные налоги (кроме финансирования расходов бюджета)? Правильно – в США в составе различных резервных и других фондов. Туда же в разном виде отправлялся и гигантский ежегодный профицит бюджета.

Последние 3 года в России также шла очень жесткая борьба с обналичиванием средств. Убивалось два стратегических зайца. Первый – никто не создаст слишком крупных запасов наличности, которые могли бы обеспечить, чтобы его бизнес «не умер» во время кризиса, а второй – те 11-12%, которые стоила обналичка – эти гигантские суммы зарабатывались, опять же, теми, кто имеет право их зарабатывать.
С одной стороны можно утверждать, что борьба за налоги – это то, что делает любое цивилизованное государство и это не является элементом подготовки к «контролируемому обрушению». Да, это так, но следует обратить внимание, что в условиях России, когда в начале этого десятилетия впервые с 1991 года стал наполняться бюджет, эта борьба началась практически одновременно с началом роста цен на нефть. Следует обратить внимание и на формы этой борьбы: выбранную показательную жертву (Ходорковский), ее связь с сильными мира сего и главный объект борьбы – компании олигархов. Также следует посмотреть, куда направлялись деньги, полученные в результате этой борьбы (фондовый рынок США, ипотечные бумаги банков США и т.д.). Все это позволяет сделать тот вывод, который сделан.
Затем в мире наступил долгожданный день – начался кризис
СЦЕНАРИИ КРИЗИСА /part 2/
Затем в мире наступил долгожданный день – начался кризис.
Как была сделана дыра в ликвидности и западных и российских банков рассказывать нет смысла, все это и так знают.
По мановению волшебной палочки (палочка сами знаете, в чьих руках) перестала покупаться металлопродукция, упали цены на нефть, резко – в разы упала капитализация компаний, банки стали отзывать кредиты, прекратилось ипотечное и практически любое кредитование. Олигархи начали понимать, что они уже не совсем олигархи.

Теперь немного о том, как сочетаются патриотическая риторика и патриотические процессы в России с беспрекословной управляемостью руководства России в вопросах следования правилам и указаниям из «центра управления полетами». Здесь придется признать следующее: к сожалению, нет никакой особой заслуги народа и руководства России в развитии патриотических процессов последних лет. Мне конечно, как человеку, приятно, что все это имеет место, но здесь мы видим просто реализацию одного из элементов плана подготовки к новой конфигурации после кризисного мира. Плана по созданию одного из новых полюсов многополярного мира.

Идет сплачивание народа России, а в силу исторических и национальных особенностей народа России, лучше всего и эффективнее всего сплотить его на базе патриотизма. Потому, что остальные варианты в России не проходят. Поэтому последние годы очень хорошо и эффективно показывается двуличие Запада, его двойные стандарты и т.д. Тут не нужно много говорить, все и так знают насколько эффективно подается населению реальная информация о том, что из себя представляет в моральном смысле Запад.

Сплачивание другой части народа - чиновников и олигархов России идет по другому сценарию. Америка вдруг ни с того ни с сего начинает делать дурацкие, стратегически вредные для нее ошибки: арестовывает П. Бородина, добивается ареста, верно работавшего на американские интересы Е. Адамова (взять хотя бы продажу российского оружейного плутония на 12 млрд долларов для переработки в США, откуда этот плутоний насколько я помню так и не вернулся в Россию). Олигархам Дерипаске О. и Прохорову М. запрещается въезд, соответственно США и во Францию и т.д. Подвергается унизительному обыску в Лондоне глава «Роснефти» Богданчиков.
В результате резко меняется мировоззрение российских чиновников. До этого они считали, что честное служение интересам США, разворовывание страны, развал экономики будут по достоинству оценены за океаном, что для них (чиновников) США – это настоящая первая родина, что они по завершению своей миссии в России уедут на Запад, и спокойно будут пользоваться наворованным. Тем более, что у большинства семьи и так уже были отправлены в Америку. А тут вдруг все перевернулось в их картине мира. Оказалось, что Америка вышвыривает их как использованные резиновые изделия, предназначенные для предотвращения нежелательной беременности.

Американцы просто не имели права делать это в отношении российских чиновников, даже если бы те своровали часть хранящегося в Форте-Нокс золотого запаса США. Никто лучше и эффективнее, чем то поколение чиновников, Россию не разрушал. Никакая война не могла сравниться с результатами их деятельности. А тут вдруг ни с того ни с сего США ударили по своей пятой колонне в России.
Как же на этом фоне выглядит поведение руководства России? Идеально с точки зрения напуганных, сбитых с толку чиновников и олигархов. Россия никого и никому не выдает. Действует казацкий лозунг: «С Дону выдачи нет!» Из Украины бегут в Россию бывший министр внутренних дел Белоконь и бывший руководитель управления делами президента Украины Бакай. Ющенко брызжет слюной, требуя выдать их, но Россия никому их не выдает и даже Америка ничего тут поделать не может. Таких примеров десятки.

Все это знаковые сигналы для чиновников. США своих сдают, а Россия своих не сдает.
Всем сразу стало понятно, что главное – выполнять правила игры: воровать в меньших масштабах, чем раньше и кое-что делать для государства – и все, ты в безопасности, ты свой. Когда государство начинает беспощадно бороться с олигархами за неуплату налогов, но одновременно с этим спокойно назначает во власть губернаторов, которые воровали всегда и продолжают воровать после назначения на должность – это не случайность. Это элемент операции по сплачиванию чиновничье-олигархического сообщества. Чиновники начинают чувствовать себя защищенными и в безопасности именно в этом государстве и, в массе своей, перестают работать на чужие государства. То же самое – и олигархи. Государство, в свою очередь, начинает лоббировать и защищать интересы своих бизнесменов на мировых рынках, помогать осуществлять экспансию российского бизнеса в Европе, в США и других регионах.

Про это можно много говорить, привести много примеров того, что Россию собираются сделать одним из новых достаточно сильных полюсов в мире новой конфигурации, которая будет создана в ближайшие год-два.

Но до этого еще произойдет ряд важных событий, причем таких событий, которые серьезно затронут всех нас.

Сейчас, как мы уже сказали, полным ходом идет процесс, который условно можно назвать «контролируемое обрушение».

Рухнул фондовый рынок, образовались огромные проблемы с реализацией продукции у металлургических, автомобильных, строительных, химических и других компаний. Нет смысла перечислять все те проблемы, которые возникли – такими сообщениями пестрят ленты новостей.
Но здесь есть интересные особенности: фондовые рынки рухнули мгновенно (в течение 1-2 дня) и сразу на такие объемы падения, чтобы проделать серьезные, практически смертельные дыры в ликвидности предприятий и банков.
Причем банки были первой мишенью. Например, российские банки, облегчая себе жизнь, не особо любили кредитовать реальный производственный сектор, для них гораздо интереснее было без всякой головной боли играть на фондовом рынке временно свободными деньгами клиентов. В России виртуальный фондовый рынок последние годы рос «уверенно» и быстро. А тут неожиданно за один день упал на треть. В переводе на обычный язык – банки потеряли треть клиентских денег из тех, которыми они играли на рынке. Продать акции по новым, более низким ценам, означало зафиксировать огромные убытки и лишить себя надежды, что это лишь случайное падение и через неделю цены отрастут и все нормализуется. Все стали ждать, когда же цены вернутся. А они, почему-то, через неделю упали еще на треть. Объемы потерь стали катастрофическими (на сегодняшний день цены на виртуальных фондовых рынках в России упали уже почти в 5 раз).

В результате у банков образовались огромные дыры в балансах, банки не могут дать никому кредиты, т.к. нет денег. Западные банки из-за проблем в своих странах начинают отзывать кредиты, выданные российским банкам и компаниям, что катастрофически усугубляет ситуацию.
У крупнейших российских компаний резко падает капитализация, рассчитываемая исходя из показателей цен на акции компаний на виртуальном фондовом рынке. Это является еще одним основанием, по которому западные банки стали автоматически требовать отзыва части кредитов, а рейтинговые агентства стали понижать рейтинги этих компаний. От рейтинга и суммы капитализации зависит и объем кредитов. При понижении этих показателей идет почти автоматический отзыв части кредитов и исчезает возможность для компании взять еще где-либо новые кредиты, чтобы продержаться в трудные времена.
В общем, для банков и крупных компаний, которые сидят на кредитной игле, настала ситуация апокалипсиса.

К слову сказать, что в той экономической модели мира, которая была выстроена в последние десятилетия, без кредитов не могло работать ни одно крупное предприятие, ни один банк. Тем более, что доступность кредитных ресурсов на Западе была просто потрясающая, а процентные ставки – просто сладкими для бизнеса. Но вся сладость мгновенно пропадает, как только у предприятия или банка начинают требовать досрочного возврата кредита. Причем, причины очень «объективные», прописанные в кредитном договоре – «падение капитализации компании на 10 %». Как мы знаем, капитализация упала у всех. В России в 5 и более раз, а на Западе – на 30-50% и более.

Кстати, не напоминает ли Вам это то, с чего начинался кризис 1929 года – «Великая депрессия». Там тоже по условиям кредитов под покупку акций, кредитор имел право потребовать, чтобы заемщик вернул кредит в течение суток (так называемых маржинальный займ). Такие требования одновременно и неожиданно были предъявлены, и заемщикам пришлось срочно продавать акции, что вызвало мгновенное обрушение рынка акций.
Если эта схема прекрасно сработала в 30-е годы, то почему бы ее с некоторыми модификациями не применить сегодня? Что и происходит.

Теперь возникает необходимость решить задачу скупить за бесценок самые интересные и прибыльные предприятия. Как это сделать? Просто прийти к владельцу и предложить ему какую-то достаточно смешную сумму за его бизнес? Скорее всего, он пошлет подальше такого визитера, даже если ему и его бизнесу будет очень плохо. Он будет стараться как-нибудь переждать тяжелые времена, будет отбиваться от судебных исков со стороны кредиторов, затягивать судебные процессы (их реально можно затянуть на 2-3 года).

Это не тот путь, который может устроить ЦУП («центр управления полетами») в лице ФРС.
Не смотря на всю мощь (и интеллектуальную, и финансовую) у него нет достаточного ресурса, чтобы вести тысячи сложных судебных процессов с людьми, защищающими всеми правдами и неправдами свой бизнес. И фактор времени тут играет очень важную роль. Вся операция должна быть завершена в течение определенного, не очень большого периода времени, потому что после завершения скупки наступит другой, еще более важный этап. Но о нем чуть позже.

Так как же скупить предприятия и целые отрасли бизнеса так, чтобы и цены были приемлемыми и сроки скупки короткие?

Очень просто: надо, чтобы государство начало спасать «тонущих» олигархов, их банки, их компании. Государство предложит кредиты «на спасение» стратегически важных для государства компаний. Например, в России это до 4,5 миллиардов долларов на компанию.

Олигарх будет стоять перед трудным выбором: – либо банкротство компании начнется уже сейчас, когда никто не дает кредитов, когда нет сбыта продукции, а расходы на содержание компании (заводов, доменных печей и т.д.) даже в условиях остановки производств огромны и через 2-3 месяца просто до конца «съедят» компанию,
– либо взять кредит у государства и попробовать продержаться, тем более, все «аналитики» и «эксперты» говорят, что весной начнется улучшение, все нормализуется и олигарх, начавший сомневаться, что он олигарх, вновь станет настоящим олигархом, как это было еще в июле 2008 года.
Правда, условия получения кредита жестковаты и вообще-то похожи на подписание отказа от бизнеса в пользу третьей стороны. Но ведь мы надеемся на лучшее. Все пройдет как дурной сон и опять будет как раньше: дешевые деньги (кредиты), растущий виртуальный фондовый рынок, мир пухнет от долларов, сбыт продукции идет по нарастающей. Да вроде и кредит берется у родного государства с его дружески настроенными и хорошо знакомыми продажными чиновниками. В случае чего, они за «откаты» помогут пролонгировать кредиты на столько времени, сколько нужно, чтобы все в мире вернулось в норму. Вот если бы кредит предлагали жесткие бизнесмены, то это было бы крайне опасно. Фактически, взятие кредитов на таких условиях являлось бы добровольным отказом от бизнеса в пользу дающих кредит.
Но фишка здесь в том, что когда все, кому положено, возьмут кредиты и при этом подпишут все жесткие гарантии возврата кредитов, вот тогда с финансами станет по-настоящему плохо. Когда подойдет срок возвращать кредиты, возвращать их реально будет нечем. Цены на акции еще упадут, цены на нефть – тоже упадут долларов до 20 за баррель, рынки сбыта продукции будут нулевыми. Так, произойдет глобальное перераспределение собственности, которое и является одной из главных целей этапа под условным названием «контролируемое обрушение». Конечно, сначала бизнес перейдет к государству (чиновники неожиданно займут жесткую позицию в отношении олигархов – куда же попрешь против приказа от тех, чей приказ не выполнить – смерти подобно), ну а затем бизнес от государства перейдет к тем, к кому положено
Теперь о «сильном» долларе.

Доллар будет «сильным» все время до тех пор, пока олигархам и другим компаниям нужно будет возвращать кредиты, номинированные в долларах. «Сильный» доллар возвращать гораздо сложнее, да и его тяжелее будет скупить в нужном для погашения объеме за «мягко девальвируемый» рубль и за «сильно девальвирующуюся» гривну. Ситуация для России и Украины в этом смысле такая же, как и для практически любого другого государства (например, в августе-октябре мексиканский песо упал по отношению к доллару более, чем на 30%, евро упал к доллару на 25% и т.д.). Это огромное, даже «убийственное» падение в условиях, когда рентабельность большинства предприятий составляет 10-15%, и нет возможности перекредитоваться, чтобы переждать тяжелые времена. Тем самым дополнительно гарантируется то, что взятые у государства кредиты олигархи не смогут вернуть.

Кроме того, доллар будет «сильным» до тех пор, пока этим «сильным» долларом не расплатятся с теми, у кого бизнес не заберет государство, а у кого его купят. Такие тоже будут. Это касается тех, у кого бизнес помельче, но тоже очень интересный и рентабельный. Когда бизнесменам станет совсем плохо, и они будут на грани полной потери своего бизнеса, то когда им предложат неплохую сумму, да еще и в «сильных» долларах, они, конечно, с радостью согласятся продать бизнес.

Вот когда два этих этапа осуществятся, то наступит самый интересный и по-настоящему опасный этап.
Еще раз хотел обратить внимание, что все это пишется для простых людей с совсем небольшими сбережениями, мелких и средних бизнесменов, скопивших от 100 000 долларов до 2 000 000 долларов честным или относительно честным и, без всякого сомнения, упорным трудом. Глобальные процессы, которые происходят сейчас, могут оказать разрушительное воздействие на результаты их труда. Чтобы этого не произошло надо понять, что же происходит в мире на самом деле и что произойдет дальше. Зная реальную картину, Вам легче будет вовремя принять правильное решение и сберечь результаты своего многолетнего труда.

Идет глобальное перераспределение собственности, возникает новая конфигурация мира с новыми центрами силы. Хотя главной целью перераспределения являются самые крупные компании, банки, предприятия, а вовсе не мелкий и средний бизнес, но удар придется по всем и надо от этого уберечься, успеть выйти из-под удара или хотя бы серьезно ослабить его.

Как относиться к этому кризису? Сложно однозначно сказать. Думаю, точно не надо злорадно ликовать, что многие олигархи из списков «Forbes» исчезнут из него навсегда. Это нормально, просто более сильные и умные хищники «съедят» более слабых и менее умных.

Кстати, о силе ума свидетельствует хотя бы один косвенный пример. В списке «Forbes» много миллиардеров из России:
– Дерипаска – 28 миллиардов долларов;
– Мардашев – 24 миллиарда долларов;
– Абрамович – 24 миллиарда долларов и т.д.

Но в мировом списке «Forbes» отсутствуют такие банкиры, как Рокфеллер и Ротшильд, у первого всего около 800 миллионов долларов, а у второго около 750 миллионов долларов. Даже до миллиарда не дотягивают. Хотя, по моим прикидкам, каждый их них реально «весит» по 9-10 триллионов долларов. Так умело себя позиционировать – это лучший показатель их интеллекта. Они якобы даже не дотягивают до миллиардеров.
Вот и сравните интеллекты Ротшильда и Рокфеллера с одной стороны, и российских олигархов с другой стороны. Это при том, что наши олигархи имеют интеллект гораздо выше, чем у подавляющего большинства людей. Но оказывается, что есть люди, во много раз умнее их, что, кстати, видно и по происходящему сейчас мировому кризису.

Продолжим рассказ о том, что будет после завершения перераспределения собственности.

Далее настанет неизбежное – последует дефолт доллара. Это неотвратимо при любом варианте развития событий, т.к. перепроизводство доллара Федеральной резервной системой является очень умной, гигантской по объемам и размаху, но все-таки пирамидой. Эта пирамида отслужила свое, принесла своим создателям и организаторам ее строительства баснословные прибыли и сохранять ее, с одной стороны, невозможно, с другой - нет смысла. Надо переходить к новой схеме зарабатывания денег, к новым Бреттон-Вудским соглашениям.

Переход к новой мировой системе без отказа от предыдущей мировой валюты – доллара – невозможен.
В мире нет столько товаров и реальных активов, сколько напечатано долларов. Суммарная масса выпущенных в обращение долларов раз в десять больше, чем суммарная стоимость реальных активов.
Нет ни одного варианта развития событий при котором Америка смогла бы отказаться от дефолтирования доллара.

Поэтому дефолт и отказ от доллара произойдет в ближайшие месяцы, чтобы ни говорили различные «эксперты», «аналитики» и т.д.

Весь вопрос, как это произойдет, т.к. это очень серьезное событие и очень опасное для всех, в том числе и для организаторов долларовой пирамиды. Ведь многие потерявшие все начнут задумываться, а что и как произошло, куда же делись сбережения, кто в этом виноват? Самый сильный ход для решения этой проблемы для обеспечения безопасного для себя варианта – это осуществление дефолта через «большую кровь».

Думаю, что будет организовано огромное «ЧП» мирового масштаба с сотнями тысяч погибших. Причем удар придется по территории США, либо по Израилю. Менее вероятен удар по Западной Европе. Может быть за компанию с США и Израилем, но не отдельно. Ударом только лишь по Западной Европе гораздо тяжелее обрушить доллар. Удар будет нанесен скорее всего с использованием ядерного оружия, или «грязных» бомб, т.к. требуются сотни тысяч погибших и радиоактивное заражение немалых территорий (аналог 11 сентября 2001 г. с его тремя тысячами погибших не годится, масштаб слишком мал для дефолта).

Мне кажется, что Россия или Украина для целей ударов не годятся, т.к. если даже Россия и Украина и еще что-нибудь в придачу будет полностью уничтожено, со всем их населением, то обрушения доллара это не вызовет. Американцы и европейцы от такой новости (от уничтожения России и/или Украины) содрогнутся, скажут, – «какой ужас» и … спокойно пойдут продолжать пить свое пиво.
Кто и как нанесет удар?

Думаю, что для этого будет использовано ядерное оружие Пакистана, как единственной мусульманской страны, обладающей ядерным оружием. Именно для этого был смещен с должности в августе 2008 г. сильный президент Мушарраф (кстати, смещали его с активной помощью США), несколькими месяцами ранее была убита Беназир Бхутто (она тоже была сильным руководителем, из-под контроля которой ядерное оружие не могло бы выйти). К власти был приведен Зардари - муж покойной Б.Бхутто. Это еще тот кадр. Год назад серьезно лечился у психиатра. Личность колоритная, умудрился два раза, когда Бхутто была премьер-министром Пакистана, влипнуть в такие коррупционные скандалы, что даже его жена премьер-министр не могла его отмазать, и один раз он даже отсидел в тюрьме. Идеальный руководитель страны для того, чтобы ядерное оружие могло попасть к террористам, либо чтобы его якобы могли тайно «купить» или «украсть» иранцы и использовать для ударов по США или Израилю.
Напоминаю, что Зардари поставили во главе Пакистана именно США чуть больше двух месяцев назад. Кстати, сейчас США делают все, чтобы возбудить серьезнейшие антиамериканские настроения в Пакистане. Чего стоят еженедельные удары ВВС США по пакистанским деревням на границе с Афганистаном, якобы в ходе преследования талибов. Каждый раз гибнет 20-40 человек, в основном женщины и дети. Или взять хотя бы недавно обнародованный секретный указ Буша от июля 2008 г. о том, что вооруженным силам США разрешается пересекать границу с Пакистаном и наносить удары по пакистанской территории для борьбы с террористами-талибами, не спрашивая согласия пакистанских властей.

Все это специально восстанавливает против США всех в Пакистане и конечно в первую очередь вооруженные силы Пакистана, где и стоит на вооружении ядерное оружие.
Конечно после ударов по США (или Израилю) начнется целая война, еще с дополнительными миллионами жертв. Надо же будет «наказать» напавших на Америку. Кто конкретно нападет – либо Иран, каким-то образом завладевший ядерным оружием Пакистана, либо сам Пакистан, либо оба государства сразу, либо Бен Ладен укравший бомбу – не столь важно. Важно, что произойдут такие события, после которых будет не уместен вопрос – а можно ли было «спасти доллар». Нам ответят, что конечно можно было, если бы не эти «проклятые террористы» или «проклятые государства – изгои» и т.п. Скажут – вы же
видите – мы все для этого делали: выделили 700 млрд. долларов США на поддержание фондового рынка, и рынок даже «реагировал» на наши действия (сейчас уже месяц индекс Доу-Джонса катается туда-сюда от 8100 до 9600 пунктов). Мы провели саммит 20-ти государств и решили реформировать МВФ и Всемирный Банк, лучше контролировать главных виновников кризиса – излишне «жадных» банкиров, и сделали еще много чего, чтобы отштукатурить и заново покрасить фасад здания мировой финансовой системы (здания, у которого на самом деле полностью разрушился фундамент и треснули все несущие стены). Ведь именно оштукатуривание и покраска – это два главных способа спасения при таких проблемах.

Тут надо понять одно – человечество имеет дело с гениальной, неимоверно сильной группой людей, выстроившей ту структуру мира, в которой мы живем. Но для понимания тех или иных их действий надо четко учитывать, кто они по профессии. Только это даст возможность понимать их действия и прогнозировать развитие событий.
Они – бухгалтеры, по образованию, по мировоззрению, по призванию. Иногда считают, что слово банкир более благородное, чем бухгалтер. Но это не так. Настоящий бухгалтер – это профессионал, а подавляющее большинство банкиров так руководили своими банками, что посадили их в лужу. Поэтому бухгалтер – это более сильное определение, чем банкир.
В понятийном аппарате бухгалтера слабо представлены такие не учитываемые в бухгалтерии понятия, как «гуманизм», «доброта», «сострадание» и т.д.

Главное – цифры, главное – прибыль, главное – арифметика сделок.

В ситуации, когда надо пожертвовать людьми, но получить большую прибыль, для них не возникает особых сомнений, как поступить. Единственным по-настоящему значимым результатом может быть только прибыль.

В этом огромная сила этих людей, но в этом же и их стратегическая слабость, уязвимое место. Просто ситуация такова, что сотни лет эти принципы их деятельности им приносят огромные прибыли и работают как их сила. Но когда-нибудь эти принципы сработают, как слабость и либо погубят их, либо нанесут невосполнимый урон делу, которому они посвятили свои жизни.
Сопутствующие расходные издержки осуществляемых ими комбинаций иногда составляют десятки миллионов жизней: Первая Мировая война – 20 млн., Вторая Мировая война – 60 млн. жизней.
Вы спросите, какие такие операции осуществлялись в Первую и Вторую мировые войны? Чтобы правильно ответить на этот вопрос надо применить универсальный принцип: ответить себе на вопрос – кто от этого выиграл, кому это было выгодно? Например, во Второй мировой, победил Советский Союз, но выгоду от войны с огромным отрывом от остальных участников получили США. В Первой мировой – тоже они.
Все правильно – «мозг» осуществил операции по решительному увеличению своих возможностей и по резкому наращиванию силы своего «тела» (США).
А цена в миллионы жизней особого значения не имела, даже наоборот – она была необходима, т.к. это были жизни граждан других государств, которые должны были быть ослаблены.
Очень хочется надеяться, что для обрушения доллара будет избран другой путь, т.е. не через кровь невинных людей и войну.

Придумать другой путь гораздо сложнее, но на самом деле, это только вопрос интеллекта тех, кто придумывает. Все возможно, все реально.

Варианты могут быть от самого тупого, типа, что США просто отказываются от доллара, объявляют дефолт, ссылаясь на то, что из-за мирового финансового кризиса, из-за рецессии мировой экономики доллар не может и дальше быть мировой валютой. Тут «эксперты» и «аналитики», и огромное количество контролируемых владельцами ФРС средств массовой информации, очень быстро объяснят и втолкуют всему миру, что так исторически сложилось, что доллар был на 90% мировой валютой, и только на 10% - внутренней валютой США. А так
как доллар не может более быть мировой валютой (из-за очень объективных обстоятельств, из-за серьезнейшего мирового кризиса, в котором никто не виноват), то он не может и далее оставаться внутренней валютой США. Ради благороднейшей цели сохранения от разрушения важнейшей из мировых экономик – экономики США (чтобы хлынувшие со всего мира доллары не смели с лица земли США, без которых в мире станет пусто и грустно) – только ради этой высочайшей и гуманнейшей цели США вынуждены отказаться от доллара и внутри страны ввести «новый доллар».

А если месяца три после объявления о таком решении, через мировые СМИ утюжить мозги всему миру, то 99,9% людей начнут искренне считать, что действительно это был единственный и самый «благородный» из возможных выходов, из ситуации сложившейся из-за объективного, сильнейшего за всю мировую историю, кризиса.
Посидел, подумал полчаса и придумал еще 2-3 уже не таких тупых варианта выхода из ситуации. Не стану их излагать, т.к. уже устал писать, не люблю писать, и пора заканчивать.

В любом случае, существуют гораздо более гуманные способы достижения поставленной цели (без крови невинных людей Израиля, США, Ирана и т.д.)
Да и по расходной части (всего лишь проплата СМИ) они дешевле, чем война.

Но это все только в том случае приемлемо для тех, кто принимает решения, если после ликвидации однополярного мира, они при строительстве многополярного мира, заложат в его схему другие, не такие, как сейчас, принципы получения своей прибыли, принципы обеспечения своего влияния в мире и, соответственно, принципы построения мировой финансовой системы.

Пока что мне сдается, что они готовятся воссоздать все как прежде: виртуальные фондовые рынки, строительство финансовых пирамид (просто не из одной валюты, а из нескольких), и далее по списку.
Хотя есть и другие модели мира, при которых они могут сохранить свое влияние, но они их почему-то не видят или, может быть, не хотят видеть.

Если так, то практически единственный вариант развития дальнейших событий – кровь. Ибо только она позволяет сказать, что все было правильно организовано и только проклятые «террористы», «враги» и т.д. все испортили и не дали все исправить.
В других случаях придется назвать вещи своими именами, а после этого гораздо сложнее будет обосновать, зачем и кому надо опять строить такие же пирамиды, как раньше.

В общем, обрушение доллара, отказ от него США и превращение его в прах неизбежно. Неизбежность определена тем, что нынешняя финансовая система мира построена по принципу финансовой пирамиды.
Чтобы Вам не говорили, нанятые создателями пирамиды «эксперты», она не может не обрушится и это время пришло. Это вопрос нескольких месяцев.

Будьте уверены, что произойдет это на 100% неожиданно для всех, кроме руководителей этого процесса. До последнего момента доллар будет сильным, все будет складываться неплохо.
Затем, в один день, все превратится в прах. Как сказал один умный человек: «Сейчас за доллар дают 27 рублей, а скоро будут давать в морду».

Одновременно рухнут евро, рубль и т.д. Хотя, по этим валютам не будет дефолта, как по доллару, но они из-за огромнейшей дыры в мировых финансах мгновенно упадут в цене раз в 10-15.
Когда у всех практически исчезнут деньги, начнется медленное строительство новой мировой экономической системы.

Главные позиции будут у тех, кто владеет самыми прибыльными активами (реальными предприятиями и т.д.). Они быстрее всех и больше всех станут зарабатывать новые деньги. Остальные безнадежно отстанут от них.
Теперь о том, как сохранить деньги тем, у кого есть сбережения.
Все, что угодно, но только не держать их в деньгах, причем в любых деньгах – долларах (опаснее всего), рублях, фунтах стерлингов, гривнах, монетах и т.д.
Сохранить их можно в том виде имущества, которое будет в цене и после происходящих событий. Не подходят автомобили. При первой панике на Украине, например, многие покупали машины для того, чтобы деньги не пропали совсем (тогда шла речь о падающей гривне). Автомобиль дешевеет на 15% через неделю после покупки и на 50 %, через 3 года, поэтому, покупая его, вы сразу обрекаете себя на фиксацию убытков. Ваши деньги не могут полностью сохраниться, не говоря уже о том, чтобы вырасти.
По этим же причинам не годятся и любое другое бытовое имущество, одежда и т.д.
Очень неплохой вариант – предметы искусства (картины, скульптуры) от известных мастеров. Но «входной билет» для такой покупки начинается с миллиона долларов, легко можно нарваться на подделку, для хранения нужна очень большая банковская ячейка, стоимостью 5-6 тысяч долларов в месяц.
Ювелирные украшения– имеют свои плюсы и минусы. В их цене заложена слишком большая составляющая стоимости – труд мастера ювелира, относительно которой очень трудно спрогнозировать сохранится ли ее стоимость через несколько лет или украшение сильно упадет в цене.
Качественные драгоценные камни – неплохое средство переждать кризис. Есть один недостаток – после такого глобального кризиса они могут восстанавливаться в цене не сразу, а в течение 3-5 лет, т.к. людям сначала надо будет решать более важные задачи – что есть, где жить, во что одеваться, как воссоздать и развивать бизнес, а только потом накопятся деньги на покупку драгоценных камней.
Хороший вариант – купить небольшое продовольственное предприятие, т.к. при любом кризисе жизнь не остановится, а кушать люди будут всегда. Но здесь свои минусы – переживут ли кризис коровки (если это молочная ферма), если на какое-то время их нечем будет кормить, не слишком ли велики будут расходы на зарплату рабочих, на освещение и отопление предприятия, выдержит ли предприятие конкуренцию других таких же предприятий? В общем, это очень хлопотное и рискованное имущество.
Золото в слитках – один из лучших вариантов, учитывая особое отношение к золоту со стороны группы людей, которых я назвал «мозгом». Они золото очень искренне любят и глубоко уважают уже в течение почти тысячи лет. Они никогда не дадут ему по-настоящему упасть в цене. Но все это касается не любого золота вообще, а именно их золота, того золота, которым владеют они. На Ваше золото это не распространяется. Золото - это вечная ценность, поэтому повышение цен на него можно ждать вечно, ну или 5-7-10 лет. Золото в нужный момент будет стоить и 2, и 3 тысячи долларов, вместо сегодняшних 800. Я уже писал, как и кем определяется цена на золото.
Уверены ли Вы в том, что эта цена определяется для Вас, чтобы вы смогли получить слишком много прибыли? Я лично не стал бы играть в эту игру. Это исторический бизнес группы людей и туда ходить посторонним не следует.
Теперь о самом лучшем способе сохранения денег в данной конкретной исторической и экономической ситуации.
Самым лучшим, безопасным и выгодным способом сохранения денег в данной конкретной кризисной ситуации является вложение денег в недвижимость.

Добавлено после 7 минут:

А эта статься прямо бальзам на рану.

11.01.2009 23:28 Энт Прэшел (Все реплики автора в теме )
"Белые воротнички" найдут пристанище на земле.
Экономический шторм, захлестнувший мир, заставил выйти из леса даже легендарного бизнесмена-отшельника Германа Стерлигова, известного своей нетривиальной для отечественных олигархов карьерой – от создания в начале 90-х годов системы товарных бирж "Алиса", сделавшей его одним из первых российских миллионеров, до разведения овец в глухой деревеньке Тверской области. В последнее время все дни он проводит в Москве, и на этой неделе презентовал журналистам свое решение насущных мировых проблем.
Сложившаяся ситуация – уникальная возможность расселить мегаполисы, эти "сгустки сотен миллионов бездельников", считает Стерлигов. Для этого необходимо всего лишь национализировать заброшенные сельскохозяйственные земли, принадлежащие банкам и страховым компаниям, и бесплатно, участками по 10 га, раздать их всем желающим семьям, потерявшим работу в крупных городах. Получив такой надел, они смогут передать его по наследству своим детям, но не смогут продать третьим лицам, а также будут обязаны обрабатывать землю, иначе ее снова отберут и отдадут более трудолюбивому соседу.
Стерлигов особо подчеркнул, что речь идет именно о горожанах, тех, кто еще "жив и не спился", чего нельзя сказать о большинстве жителей российских деревень. Он уверен, что люди, которые сегодня остаются без работы, завтра будут благодарить судьбу за подобный поворот событий. Надо только принять закон, позволяющий осуществить подобную национализацию, и максимально упростить оформление земельных участков, а также помочь будущим переселенцам бюджетными средствами на строительство домов и закупку техники, но не "живыми" деньгами, а стройматериалами, семенами и т.д.
Впрочем, расселение мегаполисов – не единственное антикризисное предложение Стерлигова. Он решил не оставаться в стороне от происходящего, прервать на время свой сельский уклад жизни и создать "механизмы для выхода мировой экономики из сложной ситуации". Для этого был организован Антикризисный расчетно-товарный центр, разрабатывающий систему глобального бартера, которую Стерлигов продвигает в различных СМИ уже около месяца.
Как поясняет бизнесмен, главная причина нынешнего кризиса заключается в том, что экономика лишилась денег, которые попрятались в офшорах до лучших времен. А предприятия в итоге столкнулись с неплатежами и невозможностью реализовать свою продукцию. В такой ситуации актуальным снова становится вопрос "натурального обмена", а на смену формуле "товар-деньги-товар" должна прийти формула "товар-товар-товар-товар-товар-деньги".
Предлагаемая схема предполагает создание сети центров, через которые в единую автоматизированную систему вносятся заявки на реализацию и приобретение товаров. Каждая регистрирующаяся в ней компания указывает не только продукцию, которую желает продать, но и товары, которые была бы не прочь приобрести. Система обрабатывает эту информацию и выстраивает цепочки возможного бартера, которые обрезаются до пяти звеньев. Шестым звеном становятся деньги, которыми оплачивается первое звено. Они, в свою очередь, будут также регистрироваться в системе в качестве предлагаемого товара. Но при такой схеме выстраивания взаимоотношений денег для экономики потребуется в пять раз меньше. При этом бартерные сделки не отменяют необходимости в деньгах на выплату зарплат сотрудникам, налогов и т.д. Поэтому за банками остается роль "кровеносной системы", производящей расчеты и обслуживающей бизнес, в частности, кредитами на развитие.
Первоначально доступ в систему смогут получить только крупные компании. "Билет на вход" будет стоить 25 млн рублей (это минимальная сумма, в которую должно оцениваться выставленное организацией предложение к продаже). Сам АРТЦ будет существова

+1

14

kruiz

Откуда эта статья - у нас принято давать ссылку откуда Вы взяли этот материал и его автора ...

0

15

Простите я недавно зарегистрировался. эту статью мне прислала моя подруга из Израиля год назад, так что ссылки нет.

0

16

Спасибо!Интересно

0